canada goose femme pas cher Soldes Louboutin Chaussures louboutin outlet uk billig canada goose canada goose tilbud goyard pas cher longchamp bags outlet Monlcer udsalg YSL replica sac louis vuitton pas cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose Outlet UK Moncler Outlet uk hermes pas cher Bolsos Longchamp España Moncler Jakker tilbud Parajumpers Jakker tilbud Ralph Lauren Soldes Parajumpers Outlet louis vuitton replica Moncler Jas sale Billiga Canada Goose Jacka Canada Goose outlet Billiga Moncler Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Louboutin Soldes Canada Goose Pas Cher Hemers replica Doudoune Canada Goose Pas Cher prada replica Canada Goose Pas Cher Canada Goose Soldes Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose outlet Canada Goose outlet Canada Goose outlet

Половая жизнь и либерализация половой морали. Средний возраст начала по­ловой жизни.

VII. 1. Психосексуальная идентификация и усвоение половой роли (половая жизнь)

Наконец, само определение мужской роли противоре­чиво. В переходном возрасте «маскулинность» ассоциируется прежде всего с физической силой и спортивными достижениями, взрослые же видят ее в умственных и социальных достиже­ниях. Подросток избегает девочек, а взрослый мужчина дол­жен уметь сотрудничать с женщинами на работе и поддержи­вать тесный эмоциональный контакт в семье.

VII. 2. Психология юношеской сексуальности

Изучение юношеской сексуальности имеет три главных предмета: половое поведение, т. е поступки, в которых проявляется и реализуется половое влечение (когда начинается половая жизнь, каковы стадии ее развития, ее интенсивность и т.д.); психосексуальные установки и ориентации, т. е отношения людей к вопросом пола, нормам половой морали; эти установки различаются по степени осознанности и существуют как на уровне культуры (общественные установки и нормы), так и на уровне индивидуального сознания; эротические фантазии и переживания; которые часто бывают неосознанными и изучаются главным образом клиническими методами.

В юношеском возрасте все эти проблемы переплетаются. Старшеклассник еще сохраняет подростковую узость и стерео­типность ролевых предписаний, стараясь доказать себе и дру­гим, что он «соответствует» этим требованиям. В то же время он уже чувствует, что его индивидуальность не вписывается в жесткие рамки этой дихотомии, что мужские и женские каче­ства не обязательно альтернативны и что сочетание их может быть разным.

Педагогов, разумеется, крайне интересуют возрастные нормы полового поведения: когда ребенок начинает интересоваться вопросами пола, в каком возрасте ребенок впервые влюбляется, когда юноша вступает в половую связь и т.д. Общего ответа на эти вопросы нет и быть не может. Не говоря уже об индивидуальных вариациях и о том, что одно и то же событие (например, поцелуй) может иметь в разном возрасте совершенно разный психологический смысл, статитсические нормы полового поведения изменчивы и неодинаковы в разных средах.

В общем и целом можно сказать, что урбанизация, акселера­ция, научно-техническая революция, усложнение процессов во­спитания и большая, чем прежде, автономия подростков и юно­шей от родителей, женское равноправие, большая доступность информации по вопросам пола и, наконец, появление эффек­тивных контрацептивов (противозачаточных средств) способ­ствуют более раннему началу половой жизни и либерализации половой морали. Эти сдвиги отмечены всюду, где имеются си­стематические исследования. Так, сопоставление полового пове­дения и моральных установок 16—17-летних школьников в ФРГ 1945/46, 1947/48 и 1953/54 годов рождения показало, что сегод­няшние 16—17-летние по половому поведению эквивалентны 19—20-детним пять — десять лет назад. Разумеется, в капита­листических странах это связано не только и не столько с аксе­лерацией, сколько с распространением коммерческого эротизма и порнографии, стимулирующих подростковую сексуальность, чего нет в социалистических странах.

Советская молодежь высоко ценит моральную чистоту отно­шений, идеал благородной романтической любви остается ее ведущей ценностной ориентацией. Однако нельзя закрывать гла­за на существующие в этой области проблемы. В последние го­ды средний брачный возраст в СССР значительно понизился: в 1966 г. мужчины вступали в брак в 29,3, а женщины — в 27,2 го­да, в 1974 г. соответствующие цифры составляют 25,1 и 23,4 го­да [1]. Демографы приветствуют эту тенденцию. Но более ранние браки означают и более раннюю влюбленность, ухаживание, по­явление сексуальных интересов и т. д., что связано также с ускорением полового созревания. Средний возраст начала по­ловой жизни у ленинградских студентов, опрошенных С. И. Го­лодом, составляет около 18 лет для мужчин и 20,4 года для женщин. Близкие цифры приводят исследователи ГДР, Польши, Болгарии и Венгрии. Разумеется, за средними цифрами стоят разнообразные социальные и индивидуальные варианты. Но половина мужчин и 15—20 процентов женщин начинают по­ловую жизнь до наступления 19 лет, а некоторые — и еще раньше.

Это создает целый ряд нравственных и практических проб­лем, от которых школа не может отмахнуться.

Интерес к вопросам пола возникает у детей очень рано, задолго до начала полового созревания. Этот интерес пона­чалу не связан с эротическими переживаниями, а является вы­ражением обычной любознательности: ребенок просто хочет знать, что представляет собой та сфера жизни, которую взрос­лые так тщательно скрывают. В переходном возрасте положение усложняется. Интерес подростка к вопросам пола становится напряженным и личным. При этом многое зависит от предшест­вующего воспитания.

В отличие от античной Греции с ее культом человеческого тела, традиционная христианская мораль считает любые телес­ные проявления грязными, низменными и греховными. Хотя че­ловек непрерывно получает от органов своего тела многообраз­ные ощущения, его с раннего детства приучают не обращать на них внимания и ни в коем случае не говорить о них («это неприлично»). Мы с детства привыкаем думать, что телесные переживания относятся исключительно к компетенции врача: если ты чувствуешь какой-то орган,— это признак болезни. Представление это ложное — человек может получать и на са­мом деле получает от своего тела не только отрицательные, но и положительные эмоции. Например, спортсмен получает физи­ческое удовольствие от согретой, хорошо тренированной мышцы, и это самоощущение более важный психологический стимул для занятий физкультурой, чем рассудочная «забота о здоровье».

Однако стереотипы массового сознания весьма могуществен­ны. Особенно строгой моральной цензуре подвергается нагота и все, что связано с половой сферой. Воспитывая у ребенка чувство стыдливости, родители не всегда разъясняют (да и как разъяснить это малышу?), что некоторые части тела закры­ваются не потому, что они сами по себе постыдны и грязны, а только потому, что связаны с весьма интимными функция­ми (необходимость такого разграничения в беседах с подрост­ками подчеркивал А. С. Макаренко). «Пережим» в этом отно­шении приводит к тому, что все, связанное с полом, отождест­вляется в сознании ребенка с «постыдным» и «грязным», и когда в период созревания он волей-неволей начинает интересоваться этой сферой жизни, она кажется ему не имеющей ничего обще­го с возвышенными чувствами. «Верх» и «низ» представляются полной противоположностью. Когда 15-летняя девочка серьезно спрашивает: «Существует ли чистая любовь?»— это уже содер­жит в себе утверждение, что всякая чувственность, начиная с прикосновений и поцелуев, является «грязной». Надо ли гово­рить, сколь инфантильна и какими психологическими трудно­стями чревата подобная установка?

_________________________________________________________________________________

[1] См.: Урланис Б. Семья и проблемы демографии. — В кн.: Молодая семья. М., Статистика, 1977, вып. 18, с. 11.

психосексуальное развитие – предыдущая | следующая – эротические пере­живания

Оглавление. Кон. И.С. Психология юношеского возраста.

Консультация психолога по семейным проблемам в Москве.

Яндекс.Метрика