Роль повторений и внутренних состояний

Роль повторений. Изменение эмоциональной окраски раздражителей под влиянием их повторения было предметом многих исследований. Толмен, один из первых, кто изучал эту проблему, установил, что крысы, получающие пищу в обоих концах Т-образного лабиринта, при повторении очередных проб спонтанно изменяют направление поисков. Так, если в последний раз они поворачивали налево, то в очередной пробе поворачивают направо, в следующей — налево и т. д. Это наблюдение (относящееся к 1925 г.) было позднее подтверждено Деннисом.

В дальнейших экспериментах была сделана попытка установить, обусловлена ли такая тенденция к чередованию процессами, которые ответственны за прием раздражений, или же процессами, которые ответственны за выполнение реакций, иными словами, обусловлено ли это «наскучившей стимуляцией» или же «надоевшими действиями». Полученные данные свидетельствуют о доминирующем влиянии процессов, происходящих в сфере восприятия. Эксперименты на крысах показали, что при изменяющихся раздражителях животные не проявляют тенденции к изменению реакции (Glanzer, 1953).

Явление чередования присуще также и людям. Это показал Уингфилд при помощи очень простого эксперимента. Он просил испытуемых (студентов) многократно зажигать одну из двух находящихся перед ними лампочек (не указывая, какую именно). При таких условиях испытуемые зажигали поочередно то одну, то другую лампочку. Если лампочки различались по цвету, тенденция к чередованию была выражена более ярко. Карстен исследовала явление пресыщения, предлагая испытуемым, например, рисовать линии так долго, как только они могут. По мере повторений появлялись признаки, свидетельствующие о сопротивлении дальнейшей работе, и возрастала тенденция к модификации формы линий (введение изменчивости раздражителей). Эта тенденция заметно уменьшалась, когда менялся принцип группировки линий (изменялся раздражитель) (см. Glanzer, 1953). Все эти данные говорят о том, что повторение раздражителей приводит не только к повышению порога чувствительности (адаптации), но также и к изменению (уменьшению) привлекательности раздражителя.

Повторение сенсорных раздражителей не всегда приводит к таким последствиям. Когда субъект еще только учится воспринимать такого рода раздражители, повторение в течение некоторого времени приводит к увеличению их привлекательности. Этим можно объяснить ту большую привлекательность, которую для маленьких детей имеют простые сенсорные раздражители и которая, как известно, с возрастом уменьшается. Вполне вероятно, что изменяется в некоторой степени эмоциональная значимость также и негативных раздражителей: под влиянием повторений она тоже снижается.

Повторения могут не оказывать влияния на привлекательность раздражителей, если их разделяют более или менее значительные интервалы. Так, у подопытных животных не наблюдался эффект чередования, если пробы в эксперименте не следовали непосредственно друг за другом. У лиц, продолжительное время находившихся в изоляции (в камере тишины), наблюдается повышение чувствительности к цвету — он кажется более насыщенным. Это свидетельствует об ослаблении эффекта пресыщения, проявляющегося у людей в нормальных условиях (многие люди помнят, что в детстве цвета казались им более живыми и привлекательными).

Многократное повторение одного и того же раздражители в течение нескольких дней делает его эмоционально нейтральным. Об этом косвенным образом свидетельствуют эксперименты, проведенные Солтысиком и его сотрудниками, в которых исследовалось влияние простого звукового раздражителя на сердечную деятельность у собак. Изменения в деятельности сердца можно рассматривать как вегетативный компонент эмоциональной реакции. Эти эксперименты показали, что по мере повторения слухового раздражителя происходит систематическое уменьшение частоты сердцебиений — наблюдается кумуляция эффекта угасания (Soltysik и др., 1961). У взрослых людей эмоциональная реакция на простые звуки является полностью угасшей и потому не вызывает изменений в деятельности сердца (Dykman, 1965, с. 269).

Описанная зависимость объясняет, в частности, почему привлекательный для маленького ребенка раздражитель не является таковым для взрослого (например, ярко окрашенный предмет, звук от брошенных на пол предметов и т.д.). Однако и взрослый может быть захвачен необычными цветовыми явлениями, если они наблюдаются редко или впервые (такими, например, как полярное сияние).

Изменение эмоциональной значимости сенсорных раздражителей может быть не только временным, но — под влиянием опыта — и более длительным. При первом применении сенсорные раздражители вызывают неспецифическую реакцию всего организма в форме увеличения активации (arousal), причем ее степень зависит от интенсивности раздражителей. Под влиянием повторения в организме формируются антиципирующие схемы, «ожидания, нервные модели пережитых событий» (Pribram, 1967, с. 831). Эти модели, обеспечивающие возможность дифференцированного отражения окружающих явлений, представляют собой эталоны, с которыми «сравниваются» поступающие воздействия. Действующие раздражители вызывают эмоциональную реакцию до тех пор, пока их репрезентация в нервных моделях не становится достаточно прочной. Если поступающие раздражения полностью соответствуют внутренним эталонам — антиципирующим схемам, или, как мы будем их называть, установкам, — наступает привыкание и как следствие — угнетение эмоциональной реакции. Если свойства раздражителей изменяются, снова возникает эмоциональная реакция. Новые свойства в свою очередь включаются в структуру схем, и после ряда повторений новый раздражитель снова утрачивает способность вызывать эмоцию.

В результате такого рода процессов происходит постепенное угнетение эмоциональной чувствительности к большинству простых сенсорных раздражителей. Чтобы вызвать реакцию, эти раздражители должны либо обладать необычными свойствами, либо выступать в новых конфигурациях. Эти конфигурации в свою очередь должны становиться все более сложными, а различия между их элементами — все более тонкими. Таким образом формируется, в частности, эстетический вкус.

Проведенный выше анализ позволяет считать, что источником стимуляции, влияющей на эмоциональное состояние индивида, является физическое окружение; чем более простым, хорошо знакомым и менее дифференцированным является это окружение, тем меньшей будет его способность вызывать эмоции.

Следует добавить, что некоторые раздражители сохраняют свою эмоциональную значимость несмотря на повторение, во всяком случае восприимчивость к ним исчезает гораздо медленнее, чем к другим раздражителям; это относится прежде всего к тем раздражителям, которые оказывают непосредственное влияние на физическое состояние организма: например, сильные термические воздействия (ожог, холод), механическое повреждение тканей, ряд химических раздражителей (некоторые запахи). Это касается также и тех раздражителей, которые в филогенетическом развитии были связаны с явлениями, важными для индивида или вида (некоторые вкусовые раздражители, сексуальные раздражители). Чувствительность к этим раздражителям, как, впрочем, и ко всем остальным, изменяется в зависимости от состояния организма и прежде всего от состояния потребностей.

Роль внутренних состояний. Эмоциональная значимость раздражителя может изменяться под влиянием соматических факторов. На это указывают, в частности, наблюдения над животными; например, у животных, хирургически лишенных надпочечников, при сохранении порога физиологической чувствительности к соли значительно снижается порог ее предпочтения, иначе говоря, увеличивается «заинтересованность» в соли. В экспериментах, проведенных Янгом, было обнаружено, что пищевое предпочтение зависит от диеты и потребностей организма (Young, 1961, с. 163). То же самое установлено при наблюдении над детьми (Morgan, 1956, с. 63).

Натуральные (безусловные) эмоциональные раздражители - Предыдущая|Следующая -Болевая чувствительность

Экспериментальная психология эмоций. Содержание