Яндекс.Метрика

Социокультурные стереотипы отношения к тяжелобольным как условие изменения личности (продолжение)

Структуре внутренней картины болезни у данной группы больных также свойственны определенные особенности.

Актуализация сенсорного уровня болезни произошла неожиданно для большинства больных. Об этом свидетельствует то, что 84,8% больных никогда не предполагали, что у них может заболеть сердце; для 39,4% болезнь была неожиданной; 61,7% до болезни считали себя здоровыми людьми и не были к ней внутренне готовы; для 60% болезнь началась резко. Можно предположить, что процессы осознания болезненных ощущений у больных обладают определенной избирательностью: ощущения не допускаются в сознание до тех пор, пока не превзойдут высокого порогового уровня. Однако не менее примечательно то, что с начала заболевания и до момента опроса (период около 1,5 лет до 4 лет и более) интенсивность сенсорных проявлений не уменьшилась, несмотря на произведенную операцию. 95,7% больных сейчас беспокоят боли: у 83,7% имеются разнообразные боли в сердце; у 14% болят швы; 4%; жалуются на одышку, у 4% отмечаются сенестопатии, у 28% — боли в разных частях тела.

Таким образом, субъективно уровень здоровья повысился большинства больных, однако, это составляет определенный контраст с количеством отмечаемых ими сенсорных проявлений.

Наряду с рассмотренными особенностями для подавляющего большинства больных характерна высокая тревожность: 85,1% стремятся постоянно быть чем-то занятыми; 70,2% периодически охватывает беспричинная тревога, причем у 61,7% это случается регулярно или часто; 60% больных часто раздражают мелочи. Тревога остается неосознанной: только 2 — больных в будущем беспокоят те или иные болезненные симптомы; характер тревоги, таким образом, говорит в пользу того, что, по крайней мере, частично болезненные ощущения могут являться результатом личностной тревожности, вытесняемой на эмоциональном уровне и находящей выход на сенсорном. Очевидно, выражение “тяжелый период” у больных не ассоциируется с эмоциональными проблемами. Можно предположить, что мотивационная конфликтность больным отрицается и противоречия в эмоциональной сфере не решаются личностью в связи с какими-то особенностями процессов ее самосознания.

Ответы на опросник делят больных на 3 группы: с сильно выраженным мотивом сохранения жизни (20-35%); со средне-выраженным мотивом сохранения жизни (4-7%) и слабым. Больные с сильно выраженным мотивом при возникновении болей в сердце прекращают физическую активность и снимают боль лекарствами; больные со средневыраженным мотивом сохранения жизни снимают боль лекарствами и активность в основном не прекращают. Больные со слабо выраженным мотивом сохранения жизни не принимают лекарства и не прекращают физической активности, а стараются отвлечься, сменить деятельность. Очевидно, именно больные с сильно выраженным мотивом сохранения жизни постоянно прислушиваются к работе своего сердца (32%), и именно у них болезнь может сильно фрустрировать деятельность, полностью прекращая ее.

Таким образом, выявляются 2 особенности мотивации больных, проявляющиеся во внутренней картине болезни. Одна из них заключается в стеничности, тенденции продолжать однажды начатую активность, несмотря на помехи, или резко прекращать ее, если уровень препятствий превышает некоторый, достаточно высокий, предел.

Другая особенность представляет собой тенденцию ликвидировать внутренний (физический и психический) дискомфорт с помощью внешних средств, приемов и ограничений. К таким средствам относятся лекарства (физическое средство), пребывание на инвалидности, стремление быть помещенным в клинику для получения консультаций (социальное средство), стремление к жесткому режиму, тренажерам, гимнастическим комплексам. Эта тенденция в сочетании с нежеланием самостоятельно соблюдать диету (о чем упоминалось выше) и заниматься зарядкой (всего 37% ) намечает стремление к внешнему решению проблем, связанных с болезнью, и недостатком внутренней активности ее преодоления.

Взаимодействие двух указанных особенностей создает благополучную почву для сохранения под внешней активностью внутренне нерешенных проблем адаптации личности к болезни. Больные, таким образом, стремясь сохранить личностные ценности здоровых людей, или отрицают болезнь, или поглощены болями и другими сенсорными проявлениями болезни, но при этом подсознательно обходят проблемы включения болезни в прежнюю личностную структуру. Болезнь воспринимается ими как тяжелое физическое страдание, мало затрагивающее их личность. Характерно, что 61,5% больных считают свое состояние сейчас зависящим от физических факторов, 61% — от ближайшего окружения и лишь 20,5% — от собственного характера. Все же эти 20,5% позволяют предположить, что в отдельных случаях, или частично, имеет место понимание больными своих проблем как психических.

Таким образом, анализ данных, полученных с помощью опросника, выявил некоторые характерные черты личности и внутренней картины болезни у больных ИБС, перенесших oпeрацию АКШ, которые формируются в условиях специфических особенностей взаимоотношений больных с социальным окружением. Больным свойственно сильное стремление к выздоровлению и реадаптации, которое, однако, они нередко оказываются не в состоянии самостоятельно осуществить в связи с определенными личностными особенностями. Характерное для больных стремление формировать волевое, сильное “Я” может, при определенных условиях, выступать как самостоятельная цель, порождая желание, являющееся защитной стратегией личности, сохранять высокий уровень самооценки и самоуважения любым путем. Анализ внутренней картины болезни этой группы больных очерчивает один из пластов этого конфликта. Результаты этого анализа воссоздают картину тех трудностей, которые личность с подобной внутренней стратегией встречает на пути осознания своих внутренних состояний, неосознанно предпочитая внешние средства преодоления болезни процессам внутренней перестройки мотивационной структуры личности и включению в эту структуру ситуации болезни.

Неспособность больных самостоятельно справиться со спровоцированным болезнью кризисом вступает в конфликт с их стремлением сохранить высокий уровень самооценки личности. Этот конфликт является причиной внутренне противоречивого локуса контроля больных и фактически отсутствующей у них темы планирования своего будущего. Проблема, которую больные не могут самостоятельно решить на личностном уровне, проявляется в интересе к ценностным вопросам и определенным образом решается ими на уровне ценностных ориентаций, что еще раз подтверждает целостность психической организации человека. Однако на личностном уровне этот конфликт часто остается нерешенным, в результате чего болезнь осознается человеком как непреодолимая, а собственное “Я” — как слабое.

Отношение к будущему – предыдущая | следующая – Последствия операции

Особенности личности при пограничных расстройствах и соматических заболеваниях

Консультация психолога при личных проблемах