Яндекс.Метрика

Модель конфликта в позитивной психотерапии применительно к психосоматической медицине (продолжение)

б) Три стадии взаимодействия

В индивидуальном развитии так же, как и в партнерских взаимоотношениях, каждый человек проходит три стадии: привязанность, дифференциация и отделе­ние. Они структурируют межличностные взаимодействия.

1) Стадия привязанности: основывается на биологической зависимости еще не родившегося ребенка от своей матери. После рождения она сменяется социаль­ным симбиозом. Ребенок становится зависимым от воздействий социальной сре­ды. Он требует терпения, времени, заботы и нуждается в физическом и социальном контакте. Родители, со своей стороны, испытывают привязанность к ребенку в виде любви, надежды и ответственности. Потребность в привязанности сопровождает человека на протяжении всей его жизни. На этом основываются в существенной мере поиск партнера, желание быть вместе с другими людьми и сплоченность той группы, которой является семья. Если потребность в привязанности становится доминирующей в поведении человека, проявляется в течение длительного време­ни и постоянно встречается в его межличностном общении, мы говорим о наивно- первичном поведении. Этот тип реакции соответствует, как правило, воспитанию по типу гиперопеки, в котором преимущество имели первичные способности. Наивно-первичный тип соответствует депрессивной невротической структуре. Пред­почитаемой реакцией является «бегство» в одиночество или «бегство» в общение, что предполагает солидарность и защищенность. Концепции: «Я не могу справить­ся один!» — «Другие должны мне помочь». — «Если я не получу помощи, то все рухнет».

—      Стадии взаимодействия играют роль не только в партнерских и семей­ных отношениях, но и в отношениях врач — семья больного. На стадии привязанности терапевт является принимающим гостей для семьи паци­ента. Он принимает ее такой, какая она есть. В этом ему помогает убежде­ние, что как члены семьи, так и он сам обладают большим числом общих способностей. Он идентифицируется с семьей и ее членами, не вмешива­ясь, однако, в кухню ее конфликтов. При этом он стремится понять, по­чему семья вынуждена была прибегнуть к этому симптому и какое значе­ние он имеет для участников конфликта. С помощью техник позитивной семейной терапии терапевт структурирует информацию, получаемую от семьи.

—      Привязанность относится к конфликтной теме, которая исследуется в методиках позитивной психотерапии. Эта тема будет в определенный момент времени способствовать возвращению в сферу взаимной иденти­фикации и попытке членов семьи установить связь с собственным про­шлым (регрессия). Отдельные проблемные группы, такие как психосо­матические больные, депрессивные и шизоидные, кажущиеся терапев­тически не вполне «благодарными», своим вербальным и невербальным поведением предоставляют терапевту особые возможности. Это прежде всего относится к семейно-терапевтической ситуации, в которую вовле­чены все члены, и возможно ознакомление с их взаимоотношениями. Это же касается и прямых отношений врача и больного. Так, 25-летний па­циент, квалифицировавшийся как шизофреник, в самом начале первой беседы отругал меня за то, что в моей приемной горел свет. С этого нача­лась наша взаимная симпатия. Содержательно она касалась, прежде все­го, бережливости, о которой мы могли говорить, «поддерживая хороший аффективный раппорт», как сказали бы психиатры.

2) Стадия дифференциации. Дифференциация является основным принци­пом как физического, так и душевного развития. В процессе социализации эта ста­дия определяется приобретением социально желаемого поведения. Это выражает­ся в дифференцировании способностей к познанию и в проявлении вторичных спо­собностей, которые обеспечивают освоение природы и социальное утверждение. В то же время происходит дифференцирование способности к любви, т.е. мы учимся проявлению наших чувств и формам обращения с нашими инстинктивными потребностями. Другими словами, при помощи дифференциации мы приобретаем чувство социального положения. Этот процесс протекает в противопоставлении со структурами, которые мы обнаруживаем в окружающем мире. В то время как на стадии привязанности чаще проявляются общие концепции типа оптимизма, пес­симизма, самопринятия или самоотвержения, на стадии дифференциации форми­руются специализированные концепции и нормы поведения: «Вымой руки!»; «Веди себя прилично!»; «Выучи это!»; «Будь бережливым!» и т.д. Это происходит посредством прямых указаний, примера близкого человека и при помощи того, что определяют желательные реакции, игнорируют нежелательные или то, что наказуемо. Как соответствие окружающему миру адаптация может обеспечивать жизнь без разногласий. Она только тогда ведет к трудностям, когда собственная структура дифференциации не совпадает с другими. Дальнейшее усложнение дифференциации можно ожидать тогда, когда социально желаемое ролевое поведение не удовлетворяет имеющимся инстинктивным потребностям. Если диф­ференциация односторонне одерживает верх, мы говорим о вторичном реактивном типе. В окружающем мире этого вторичного типа — он ориентируется на вто­ричные способности — преобладает навязчивая невротическая структура. Навязчивости отражают в своей «сверхдифференциации» опасные инстинктивные потребности и включают их в корсет педантичного образа жизни. Деловые отно­шения преобладают над эмоциональными. Характерным для вторичного типа яв­ляется «бегство» в активность. Концепции: «Я все могу сам!»; «Я не нуждаюсь в помощи окружающих!»; «Заставь других работать на себя!» и т.д.

На стадии дифференциации терапевт передает эти наблюдения семье в каче­стве информации, толкований и описаний. При помощи его «переводов» и контр­концепций разрабатываются общие точки соприкосновения и устанавливаются четкие границы между интересами членов семьи или семейными субсистемами. Члены семьи могут попробовать идентифицироваться с предложенными им кон­цепциями и правилами, которые предоставляют им подходящие возможности ре­шения и альтернативы.

3) Стадии отделения. В процессе развития человека на каждой из стадий может быть достигнуто специфическое единство — интеграция способностей в от­дельной личности. С этим связана автономность, значение которой возрастает к периоду зрелости, в то время как на ранних этапах своего развития человек был зависим в силу привязанности, а позднее начал руководствоваться различными обстоятельствами и потому уже не нуждается в этой информации извне в той же мере. Он перенял ее как концепцию и на этой основе принимает решения за себя и других. Это означает в то же время, что он отделяется от тесных связей с окружаю­щими и ту информацию, в которой нуждается, ищет самостоятельно, беря на себя ответственность. Здесь мы можем говорить о стадии отделения, которая характе­ризует созревающую и зрелую личность.

Отделение означает не только отстранение от некоего объекта или личности: одновременно с этим оно является обращением к другому объекту, к другой лич­ности. Эта последовательная смена отделений и привязанностей облегчает уста­новление контактов с другими личностями и группами, т.е. расширяет кругозор и способствует новой дифференциации, однако, возможной переоценкой прежней.

Многие люди колеблются между отделением и привязанностью, желая быть самостоятельными, не вынося, однако, этой самостоятельности, или ищут сбли­жения с партнером, который стремится к завоеванию свободы. Здесь мы говорим о двунаправленном типе. В общих чертах он соответствует истерической невроти­ческой структуре. Страдающие этим люди могут руководствоваться внезапными предложениями и новыми возможностями и кажутся сами себе и окружающим непредсказуемыми. Концепции: «Я все могу сам, только помоги мне!»; «Я хочу, но не хочу!»; «Если ты мне поможешь, мне будет неприятно, если ты этого не сде­лаешь, мне все равно будет нехорошо» и т.д.

— На стадии отделения дело доходит до возрастающего дистанцирования между семьей пациента и терапевтом, который все больше превращается в наблюдателя происходящего процесса и только тогда вмешивается для регулирования, когда это кажется необходимым. В то время как на ста­дии дифференциации терапевт был тем, от кого исходили инициативы, альтернативные предложения, информация и помощь в структурирова­нии, теперь эта активность переходит к пациенту и его семье. Они посте­пенно принимают на себя задачу самопомощи.

Терапевт и пациент – предыдущая | следующая – Психоанализ и позитивная психотерапия

Психосоматика и позитивная психотерапия