canada goose femme pas cher Soldes Louboutin Chaussures louboutin outlet uk billig canada goose canada goose tilbud goyard pas cher longchamp bags outlet Monlcer udsalg YSL replica sac louis vuitton pas cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose Outlet UK Moncler Outlet uk hermes pas cher Bolsos Longchamp España Moncler Jakker tilbud Parajumpers Jakker tilbud Ralph Lauren Soldes Parajumpers Outlet louis vuitton replica Moncler Jas sale Billiga Canada Goose Jacka Canada Goose outlet Billiga Moncler Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Louboutin Soldes Canada Goose Pas Cher Hemers replica Doudoune Canada Goose Pas Cher prada replica Canada Goose Pas Cher Canada Goose Soldes Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose outlet Canada Goose outlet Canada Goose outlet

Психоанализ и позитивная психотерапия. Цель психоанализа.

Модель конфликта в позитивной психотерапии применительно к психосоматической медицине (продолжение)

в) Взаимоотношения терапевтических моделей

Представленные модели могут служить отправной точкой для совместной работы специалистов разных дисциплин. Сотрудничество может происходить в двух направлениях: когда подходящие терапевтические методы включаются в план позитивной психотерапии и когда подходы позитивной психотерапии при­меняются в рамках других психотерапевтических методов. Для обзора я предста­вил существенные аспекты некоторых терапевтических направлений в своей кни­ге «Позитивная психотерапия»: позитивная психотерапия и психоанализ — пове­денческая терапия — индивидуальная психология — аналитическая психология — логотерапия — недирективная терапия — гештальттерапия — первичная терапия — групповая психотерапия. Взаимоотношения психотерапевтических моде­лей представлены в гл.6.

Практическое применение «позитивных преобразований» — психоанализ и позитивная психотерапия

Примером позитивного процесса может послужить диалог с 32-летней замуж­ней пациенткой, находящейся в глубокой депрессии.

Пациентка: «Я чувствую себя развалиной… Я так подавлена и разбита, иногда у меня бывает чувство, что было бы лучше, если бы меня не было на этом свете». (Начинает пла­кать.) «Я чувствую себя одиноко. Ни у кого для меня нет времени. Мой муж живет только для своей работы. Я так боюсь этих одиноких вечеров, в которые я жду своего мужа и не знаю, когда он придет…»

Терапевт: «У меня такое впечатление, что Вы хотели бы быть вместе со своим мужем и охотно проводили бы время и с другими людьми».

Пациентка: «Да, я хотела бы этого, однако у моего мужа совсем нет времени, а я сама не могу ничего предпринять, поскольку он никогда не говорит точно, когда придет…»

Позитивная интерпретация имеет в этом случае свои нюансы. Пациентку не следует ориентировать еще раз повторить свою безвыходную ситуацию, а помочь ей изменить точку зрения на ее проблематику («Вы хотели бы быть вместе со сво­им мужем и охотно проводили бы время и с другими людьми») и дать ей возмож­ность самой нащупать новые пути решения конфликта и дистанцироваться от до­статочно часто повторяемой невротической концепции. Уже этот короткий отры­вок беседы указывает на центральные содержательные компоненты конфликта: поведение в отношении пунктуальности супруга и ожидание пунктуальности па­циентки, а также способ организации своего времени.

«…Для моего мужа пунктуальность — книга за семью печатями. Когда он го­ворит, что придет в пять часов, я всегда прибавляю еще час, однако обычно и этого бывает мало, он приходит только в 8— 10 часов. Хотя я знаю, что так и будет и что это, как правило, связано с его работой, я не могу к этому привыкнуть. С пяти часов я уже настороже и не могу больше ничего толком сделать и сконцентриро­ваться. Я целый день спешу, чтобы в любом случае успеть к пяти часам; ведь мо­жет же быть, что он все-таки придет. Каждый вечер я должна ждать, потому что он никогда не может сказать точно, когда придет. Это делает меня больной. (…) Раньше, в детстве, у нас всюду царила пунктуальность. Мы каждый вечер ужина­ли в одно и то же время».

Здесь проявляются:

—      пунктуальность как критерий доверия;

—      время как критерий уважения и признания;

—      вежливость как укоренившееся в семье препятствие для агрессии: она не дает проблеме выхода наружу.

Психоанализ нацелен на страх разлуки пациентки при угрожающей потере объекта, на ее инфантильную потребность в защищенности и ее эмоциональную зависимость, которая перерабатывается в длительном лечении при помощи сновидений и ассоциаций. Вместо страха разлуки в позитивной психотерапии высту­пают актуальные способности, в которых как раз и реализуется этот страх. В этом случае речь идет прежде всего о пассивной выжидательной позиции пациентки в отношении надежности и пунктуальности. Уже преобразование страха разлуки в актуальные способности открывает новые терапевтические возможности. В рам­ках пятиступенчатой семейной терапии, исходя из этих потенциалов, может быть конфликтцентрированно переработана проблематика пациентки.

Позитивная психотерапия придерживается в отношении позитивного виде­ния человека того мнения, что обстоятельства окружающего мира влияют на него преходяще и микротравмы от предыдущих событий создают условия для после­дующих переживаний, причем, психологическое действие оказывает не только раннее детство, но и каждый этап развития. Эта точка зрения становится понят­ной только в содержательном аспекте, который психоанализ учитывает лишь час­тично.

«Оно» психоанализа в позитивной психотерапии проявляется в категориях тело и ощущения, причем здесь учитывается не только инстинктивно – динамиче­ская точка зрения, но и физические функции, и тело, как органическая основа поведения.

«Сверх-Я» содержательно описывается посредством психосоциальных норм и актуальных способностей. Актуальные способности имеют при этом несколько значений: в одном случае они являются общественными правилами поведения, в другом — действующими в первичных группах нормами, интериоризированными индивидуумом ценностей, целевыми представлениями и, наконец, присущими человеку способностями.

«Я» имеет в позитивной психотерапии соответствующую двойную задачу: оно не только связывает вытесненные общественные стремления и индивидуаль­ные инстинктивные побуждения, но и становится одновременно точкой приложе­ния способностей. Функция проверки реальности тесно связана со специфической человеческой способностью сопоставлять и интегрировать категории прошлого, настоящего и будущего.

Противопоставление собственных потребностей и требований окружающего мира происходит в рамках психосоциальных норм (актуальных способностей), которые имеют свою историю развития в психической организации человека. В этом позитивная психотерапия непосредственно соприкасается с концепциями социального поведения. Отсюда следует различие между классическим психоана­литическим направлением и направлении в позитивной психотерапией. Если в первом случае, в отношениях терапевта и пациента необходимо снова пережить прошлую ситуацию детско-родительских отношений и влияния окружающего мира трактуются как помехи, то мы учитываем особенности социальной действительности больного. Отсюда становится понятным четырехэтапный дифферен­циально-аналитический процесс: воспитание — самопомощь — психотерапия — транскультурный подход.

В позитивной психотерапии содержатся определенные аналитические элемен­ты, прежде всего на ступени 2 (инвентаризация), которая исследует базовый кон­фликт, и на ступени 4 (вербализация), которая технически предусматривает сво­бодные ассоциации и интерпретирующие толкования терапевта. Дифференци­ально-аналитические аспекты в свою очередь могут интегрироваться в психоана­лиз. Прежде всего, это относится к содержательному, ориентированному на акту­альные способности процессу. Фокальный, определяемый актуальными способно­стями процесс облегчает управление такими существенными для психоаналити­ческого процесса динамическими факторами, как механизмы переноса, регрессия и сопротивление.

Анна Фрейд выделяет такие Сверх-Я-характеристики, как честность, спра­ведливость и т.д. Она пишет: «(…) обнаруживая описание в аналитической лите­ратуре навязчивого характера, в котором такие манифестные качества и склонно­сти, как аккуратность, чистоплотность, бережливость, робость, коллек­ционирование и др., выдают свое происхождение из вытесненных побуждений анальной фазы. Непонятно, почему из этого раннего опыта следуют немногие дру­гие подобного типа и почему психические грани не становятся таким образом бо­лее прозрачными» (A.Freud, 1965).

Стадии взаимодействия – предыдущая | следующая – Формы мышления

Психосоматика и позитивная психотерапия

Яндекс.Метрика