Яндекс.Метрика

Психолингвистические проблемы речевого мышления (продолжение)

В работах Нормана и его сотрудников делается акцент на представлении в сети действий (операций). Разграничивая способы репрезентации в памяти действий и понятий, Норман [1979] указывает, что понятия представлены в памяти как структуры определенным образом направленного разветвленно­го графа, узлы которого связаны друг с другом фиксированны­ми и определенным образом направленными отношениями. Узлы, которые репрезентируют действия, должны обязательно обозначать отношения, ведущие к спецификации таких факто­ров, как деятель, место и объект действия. См. также: [Norman, Rumelhart 1975].

М. Минский [1979] исходит из того, что при встрече с новой ситуацией человек пытается включить ее в некоторую ранее известную структуру данных —фрейм. Группы семанти­чески близких фреймов объединены в системы, а поскольку фрейм можно представлять себе в виде сети, состоящей из узлов и связей между ними, подобная организация системы до­пускает существование большого числа разных иерархических сетей, которые могут перекрывать друг друга в различных сочетаниях. Следует отметить, что в теории фреймов подчерки­вается «множественность взаимодействий между сенсорными данными и образованной в процессе обучения громадной сетью символьной информации» (Там же, 11). Минский указывает, что фреймы сходны с «глубинными падежами» Ч. Филлмора, и уточняет: «Фреймы, связанные со смыслом слов, будь то существительные, глаголы или другие части речи, несомненно, являются центрами концентрированного представления знаний о том, как связаны между собой различные предметы и явле­ния, каким образом они используются и как они друг с другом взаимодействуют» (Там же, 47).

Идея фрейм-подхода стала в последнее время весьма попу­лярной (см. библиографию отечественных публикаций по это­му вопросу [Караулов 1981, 343—347]). Так, широко признано, что глагольные рамки составляют часть семантической памяти человека, играя важную роль в семантической компетенции по­следнего. В связи с этим представляется интересным отметить, что, по свидетельству У. Кинча [Kintsch 1977, 374], еще О. Зельц [Selz 1922] считал глагольную рамку частным случаем схем, с помощью которых хранятся знания человека. Схема, или рам­ка, по Зельцу, представляет собой упорядоченную репрезента­цию знаний индивида о некотором понятии, действии, событии или о более крупной единице знания типа «американская рево­люция» или «когнитивная психология» (ср. с излагаемыми в работе [Самарин 1962] представлениями о разных уровнях системности знаний индивида). У. Найссер [1981], отмечая сход­ство развиваемой им концепции схемы с концепцией фреймов (по Минскому), возводит используемый им самим термин к работе Ф. Бартлетта [Bartlett 1932], а в числе авторов, опе­рирующих понятием схемы, он называет Р. Вудвортса [Wood- worth 1938]. Таким образом, мы можем сделать вывод, что идея фрейма, схемы, глагольной рамки не нова, и первоначально она возникла на почве психологических исследований восприятия и памяти. Благодаря работам Ч. Филлмора [Fillmore 1968, 1977] эта идея получила лингвистическую трактовку, была как бы заново воспринята психологами и стала использоваться для интерпретации широкого круга психических процессов. Напри­мер, Найссер считает, что одни и те же схемы, трактуемые им в качестве основополагающих когнитивных структур, направля­ют различные формы познавательной деятельности (в том числе мышление и речь); через такие схемы прошлое оказывает влия­ние на будущее [Найссер 1981, 35, 43].

При критическом анализе моделей памяти нередко высказы­вается мнение, что иерархически организованная сетевая модель слишком проста и излишне логична по сравнению с се­мантическими отношениями, которые имеют место в памяти человека. Обеспечиваемая иерархической структурой знаний экономность хранения — не главное для семантической памяти; возможно, эффективнее хранить сведения о некотором объ­екте в непосредственной связи с ним, а не с названием катего­рии, стоящей на одну или более ступеней выше в иерархии [Conrad 1972]. Более того, выяснилось, что внутренняя струк­тура категории не описывается как иерархия, в которой члены одного и того же уровня равноправны. Как показала Э. Рош [Rosch 1973], члены одной и той же категории могут быть упо­рядочены по линии их типичности для этой категории. Можно даже выделить определенный прототип категории — название члена этой категории, который свободно замещает название са­мой категории в предложениях [Rosch 1977]. Исследования такого рода сделали весьма популярными так называемые при­знаковые модели семантической памяти, широко разрабаты­ваемые ныне разными авторами, но прежде всего связываемые с именами уже названной Э. Рош, а также Л. Рипса, Е. Смита и Е. Шобена [Rips et al 1973; Smith et al 1974].

Согласно признаковым моделям памяти, тот или иной кон­цепт репрезентируется в памяти как некоторый набор признаков. Семантическое расстояние между двумя концептами опре­деляется числом совпадающих признаков. При этом сами при­знаки различаются по степени их важности («определительные» признаки важнее «характерных»). И. Рош, и Смит с сотруд­никами фактически показали, что не все, а лишь некоторые признаки нужны для установления принадлежности к некоторой категории; чем больше общих признаков с прототипом катего­рии имеет опознаваемый объект, тем ближе он к центру этой категории.

Языковая информация – предыдущая | следующая – Модель Аткинсона

Исследование речевого мышления в психолингвистике

Консультация психолога при личных проблемах