Глава VII. Психосексуальное развитие и взаимоотношения юношей и девушек

VII. 1. Психосексуальная идентификация и усвоение половой роли Половое созревание — центральный, стержневой процесс пе­реходного возраста. Но процесс этот не сводится к сумме описан­ных выше биологических изменений. Человеческая сексуаль- ность — сложное биосоциальное явление, продукт совместного действия биологических и социальных сил. Чтобы стать мужчиной или женщиной, индивид должен осо­знать свою половую принадлежность и усвоить соответствующую половую роль. Половая идентичность личности предполагает осознание индивидом своей половой принадлежности, усвоение соответствующих навыков и стиля поведения, а также психосек­суальных установок и ориентаций (интерес к противоположно­му полу и т. д.). Хотя закономерности психосексуального развития личности еще недостаточно изучены, психологи не сомневаются в том, что половая идентификация — продукт социализации, воспитания и научения. Уже к полутора годам ребенок обычно знает, мальчик он или девочка, хотя и не умеет объяснить эту атрибуцию. Трех-, четырехлетний ребенок знает не только собственный пол, но имеет различать пол окружающих людей, хотя половая при­надлежность еще ассоциируется у него с внешними случайными признаками, вроде одежды, и кажется принципиально обрати­мой. Понятие половой принадлежности как необратимого свой­ства складывается у ребенка приблизительно в 6—7 лет, и имен­но теперь начинается бурный процесс половой дифференциации деятельности, установок и ценностей, субъектом которой является уже сам ребенок, а не его родители. Мальчики и девочки играют в разные игры, выбирают разных партнеров и т. д. В переходном возрасте стереотипы «маскулинности» и «фемининности» поляризуются особенно резко, а потребность соот­ветствовать им становится как никогда острой. Это распростра­няется не только на внешность, но и на многие социальные и психические качества. Социальное равенство мужчин и женщин, которые получа­ют одинаковое образование и занимаются одной и той же дея­тельностью, неизбежно ослабляет поляризацию мужских и жен­ских ролей, тем более что индивидуальные различия мужчин и женщин никогда не укладывались в рамки этой поляризации. Это не означает, разумеется, полного устранения половых раз­личий в поведении и психике. Но взаимоотношения мужчин и женщин все чаще строятся не в соответствии со стереотипными предписаниями половых ролей, а на основе учета индивидуаль­ных особенностей личности. Это касается и сексуального пове­дения. Так называемый «двойной стандарт» утверждал разную половую мораль для мужчин и для женщин: мужчина может быть сексуально активным, женщина должна терпеливо ждать, пока ее выберут, и даже после этого проявлять сдержанность. Сегодня такие представления уже не являются безраздельно господствующими; молодежь все больше ориентируется на прин­цип равенства прав и обязанностей. Все это преломляется в юношеской психологии. Половое со­зревание заново актуализирует для подростка давно решенный, казалось бы, вопрос о его половой идентичности. Не в том смыс­ле, что подросток начинает в ней сомневаться (это бывает только в патологических случаях), но в том, что усложняются кри­терии «маскулинности» и «фемининности», в которых все боль­шую роль приобретают собственно сексуальные моменты (появ­ление вторичных половых признаков, сексуальных интересов и т. д.). Выше уже говорилось, что именно соответствие идеа­лизированному стереотипу «маскулинности — фемининности» служит главным критерием, по которому подросток оценивает свое тело и внешность. Волнующие переживания вызывает и сам процесс полового созревания. Времена, когда мальчики и девочки были настоль­ко невежественны по части собственной физиологии, что первое семяизвержение у мальчиков и особенно менструации у девочек вызывали панический ужас, к счастью, прошли. Теперь эти со­бытия в большинстве случаев встречают с радостью, как знак повзросления. Тем не менее подобные переживания весьма тре­вожны. Подростки (да и юноши) — настоящие рабы «нормы». Они убеждены в том, что на все случаи жизни должны быть универсальные правила, и очень боятся в чем-то отстать от сверстников. Половые стереотипы распространяются не только на внеш­ность, но и на поведение и черты характера. Особенно сложно обстоит дело с «маскулинностью». Мужская роль и маскулин­ные качества традиционно ценятся выше. Даже эмансипацию женщин мы измеряем тем, насколько хорошо они справляются с «мужскими» профессиями. Казак-девчонка принимается как нечто вполне естественное, тогда как феминизированный, изне­женный мальчик вызывает осуждение. Кроме того, процесс социализации мальчиков более противоречив. В раннем детстве мальчики, как и девочки, теснее связаны с матерыо, чем с от­цом. Во многих семьях отцы вообще отсутствуют. Резкое обособ­ление мальчиков-подростков от женщин, принятое во многих обществах, равно как и распространенные однополые мальчише­ские компании, объективно служат противовесом этой фемини­зации, помогают мальчику утвердиться в мужской роли. Но од­ностороннее влияние сверстников плюс внутренняя неуверен­ность мальчика-подростка в том, насколько он соответствует завышенным критериям «маскулинности», часто порождают компенсаторное «гипермаскулинное» поведение (подчеркнутая агрессивность, грубость, пренебрежение к «женским» чертам ха­рактера).

интимная друж­ба - предыдущая | следующая - половая жизнь

Оглавление. Кон. И.С. Психология юношеского возраста.

Консультация психолога в Москве.