VII. 2. Психология юношеской сексуальности (несексуальная привязанность)

Применительно к подросткам и юношам тревожить должен не столько сам факт мастурбации (так как она массова) и даже не ее количественная интенсивность (так как индивидуальная «норма» связана с половой конституцией), а те случаи, когда мастурбация становится навязчивой, вредно влияя на самочув­ствие и поведение старшеклассника. Однако и в этих случаях онанизм большей частью бывает не столько причиной плохой социальной адаптации, сколько ее симптомом и следствием. Этот вопрос имеет принципиальное значение для педагогики. Раньше, когда мастурбация считалась причиной необщительности, замкнутости подростка, все силы направляли на то, чтобы отучить его от этой привычки. Результаты были, как правило, ничтожны и даже отрицательны. Сейчас поступают иначе. Вме­сто того чтобы втолковывать подростку, как плохо быть онанистом (это только увеличивает его тревогу), пытаются тактич­но улучшить его коммуникативные качества, помочь занять при­емлемое положение в обществе сверстников, увлечь интересным коллективным делом. Как показывает опыт, эта позитивная педагогика гораздо эффективнее. Многое в поведении подростка и юноши зависит от того, как они представляют свою половую роль. Наряду с подлин­ными увлечениями, во взаимоотношениях юношей и девушек очень много придуманного. Влюбленность, ухаживание, обмен записочками, первое свидание, первый поцелуй важны не только и не столько сами по себе, сколько как ответ на собственную внутреннюю потребность старшеклассника, сколько как опре­деленные социальные символы, знаки повзросления. Как младший подросток ждет появления вторичных половых признаков, так юноша ждет, когда же, наконец, он полюбит. Если это со­бытие запаздывает (а никаких хронологических норм здесь не существует), он нервничает, иногда старается заменить подлинное увлечение придуманным и т. д. Игровой характер подростковых ухаживаний очевиден. Да и для старшерслассников собственные переживания (воспринимаемые в свете стереотипной половой роли) на первых порах иногда важнее, чем объект привязанности. Отсюда постоянная оглядка на мнения сверстников собственного пола, подражательность, хвастовство действительными, а чаще мнимыми «победами» и т. д. Влюбленности в этом возрасте часто напоминают эпидемии: стоит появиться в классе одной паре, как влюбляются все, а в соседнем клас­се спокойно. Объекты увлечений также нередко имеют групповой характер, поскольку общение с популярной в классе девушкой (или юношей) существенно повышает собственный престиж у сверстников. Даже интимная близость нередко бывает у юно­шей средством самоутверждения в глазах сверстников. Чем ниже возраст молодых людей при вступлении в первую половую связь, тем менее мотивирована эта связь в моральном отношении, тем меньше в ней любви.

VII. 3. Любовь и дружба юношей и девушек

Вопрос о психологической природе любви и ее соотношении с другими, несексуальными привязанностями издавна вы­зывает споры. В современной науке существуют две точки зре­ния на этот предмет. Первая сводится к тому, что совокупность чувств и пережи­ваний, которую люди называют любовью, есть не что иное, как психологическая надстройка над биологическим по своей природе половым влечением. Наиболее последовательно эту точку зрения отстаивал 3. Фрейд, который считал, что все че­ловеческие привязанности вытекают из одного общего источника — полового влечения, «либидо». Ядро того, что мы называем любовью, писал он в книге «Массовая психология и анализ «я»,— это половая любовь, цель которой — половая близость. Она лежит в основе и таких, казалось бы, «несексуальных» чувств, как любовь к самому себе, родительская и сыновняя любовь, дружба, любовь к человечеству в целом и далее привязан­ность к конкретным предметам и абстрактным идеям. Все эти чувства, по Фрейду,— проявление одной и той же инстинктивной потребности. Только в половых отношениях эта потребность завершается физической близостью, а в остальных случаях по­ловое влечение «отвлекается» от прямой цели или не может до­стичь ее. Однако первоначальную природу этих чувств всегда можно распознать по жажде близости и самопожертвования. Сила фрейдовской позиции — в попытке соединить воедино «духовное» и «телесное» влечения, которые во всех идеалисти­ческих теориях, начиная с Платона, разобщены. Однако, пра­вильно уловив, что сексуальная жизнь человека не есть нечто изолированное, что она нерасторжимыми узами связана со всей его личностью, Фрейд бездоказательно объявил ее основой пси­хической жизни. В результате все несексуальиые привязанности оказываются иллюзорными, а их развитие у личности ставится в обратную зависимость от развития собственно полового чув­ства: чем свободнее проявляется половой инстинкт, тем меньше якобы у человека потребность в других привязанностях, которые суть «превращенные формы», «отклонения» или «извращения» того же самого «либидо». В современной науке позиция Фрейда подвергается серьезной критике. Ученых-сексологов не удовлетворяет само понятие «полового инстинкта», «влечения» или «либидо». Никто, конечно, не отрицает, что у человека существуют определенные половые потребности. Но «половое влечение» не является одно­значным.

юношеская мастурбация - предыдущая | следующая - психологическая близость

Оглавление. Кон. И.С. Психология юношеского возраста.

Консультация психолога по семейным проблемам в Москве.