Гипноз, отношение, трансфер.

Психологи-экспериментаторы, даже когда они, как Хилгард, признают специфичность гипноза, не занима­ются фактором межличностных отношений. Не следует ставить им это в вину, поскольку речь идет о переменной, с трудом  поддающейся измерению.  Тем  не менее она играет очень важную роль в гипнотическом процессе. Со времени появления теории  животного  магнетизма гипноз рассматривался как особое отношение, которому Месмер дал название «раппорт». Месмер, как мы виде­ли,  понимал  под  раппортом  физическое воздействие, оказываемое одним человеком на другого. Одновремен­но он указывал на роль воли в циркуляции флюида. Последователи Месмера еще настойчивее подчеркивали значение направленного усилия врача. Во второй половине XIX в. гипнотизеры стремились к максимальной деперсонализации гипнотического от­ношения. Известно, что Шарко видел в гипнозе сомати­ческое состояние, вызванное физическими причинами. Выдвигая на первый план понятие внушения, Бернгейм подчеркивал психологический характер гипноза. Но в своих рассуждениях он не выходил за рамки психоло­гии, изложенной в терминах физиологии центральной нервной системы. Другие исследователи поняли значе­ние связи, объединяющей гипнотизера и гипнотизируе­мого. Так, Бине (1888) писал: «Магнетизируемый подобен восторженному любовнику, для которого не су­ществует ничего на свете, кроме любимой». Жане гово­рил также о «сомнамбулической страсти» и видел в ней «совершенно   особую    форму»   любви    (Janet, 1898). Но только благодаря открытию Фрейдом трансфера стала понятной связанная с гипнотическим отношением динамика. Вначале Фрейд считал, что можно избежать трансферентного фактора, отказавшись от использования гипноза, но позднее он вновь обнаружил его внутри психоаналитических отношений. Так психоаналитики пришли к необходимости рассматривать гипноз как особую форму трансфера. Ференчи (1909), например, различал отцовский гипноз, основанный на страхе, и материнский гипноз, основанный на любви. Чисто отмечался пассивный, мазохистский характер гипнотического отношения. Разумеется, незачем отрицать, что трансферентные факторы играют важную роль в гипнозе. Таким образом, если говорят, что процесс погружения в гипноз сходен с сенсорной депривацией, ясно, что этот термин высту­пает здесь как психологический и физиологический одновременно. Кьюби подчеркивал, как мы видели, что можно вызвать гипноидные состояния путем одних только сенсомоторных манипуляций. Однако при обычном гипнозе сенсорная депривация бывает далеко не Столь полной. Гипнотизируемый остается частично в контакте с внешними стимулами. Просто его внимание сфокусировано на личности гипнотизера. Очевидно, на этом уровне вступает в силу элемент переноса. Фикса­ция внимания на гипнотизере осуществляется тем легче, чем больше в глазах гипнотизируемого гипнотизер при­обретает аффективное значение. Известно, например, что военные обладают гипнабельностью выше среднего уровня, особенно в тех случаях, когда гипнотизер имеет более высокое воинское звание. По этой же причине гипнотизеры в эстрадных представлениях любят обстав­лять свои выступления известной театральностью. С другой стороны, гипноз предполагает, что гипно­тизируемый с готовностью отказывается от произволь­ного контроля в пользу гипнотизера. Так, Кьюби пишет: «В ходе погружения в гипноз в разной степени и с боль­шей или меньшей легкостью гипнотизируемый временно отказывается от врожденных механизмов самозащиты и бдительности, отдавая свою личность и чувство безо­пасности в руки „другого"» (1961). Чем сильнее он чувствует в гипнотизере своего защитника, тем охот­нее он поддается гипнозу. И напротив, если отношение к гипнотизеру активирует тревожащие человека конфликты, он противится гипнозу. Бренман, Гилл и Найт (1952) показали, что колебания интенсивности трансфера отражаются на глубине гипнотического состояния. Перенос может также влиять на то, как именно гип­нотизируемый выполняет гипнотические внушения. Независимо от того, подчиняется он им или их отвергает, его реакция на них не безразлична. Уже сам факт, что человек находится в положении, когда он должен отве­чать на требования гипнотизера, приводит в действие психодинамические факторы. Его реакция происходит вследствие раппорта с кем-то (гипнотизером), и очевид­но, что в какой-то степени отношение, связывающее гипнотизируемого с гипнотизирующим, символизирует­ся в этой реакции. Трансфер имеет здесь место, как он присутствует в любых отношениях между людьми. Именно по этой причине истерики, если уж они обла­дают гипнабельностью, поддаются гипнозу очень хоро­шо. Требования гипнотизера приобретают для них осо­бенно важный смысл и соответственно выполняются наилучшим образом. Но раз понятие переноса приложимо к любым чело­веческим отношениям, возникает вопрос, позволяет ли оно делать заключение о специфичности гипнотического отношения.

Гипноз и истерия- предыдущая  |  следующая - Продолжение о гипнозе, отношении и трансфере

Л. Шерток. Непознанное в психике человека. Содержание.