Проверка применимости результатов кросс – культурных исследований (продолжение)

Универсальным элементом является также тот факт, что для здорового психического развития личности малолетние дети должны иметь близкий контакт с одним из взрослых в период ранней социализации (Harlow, Harlow, 1962). Аналогично, при недостатке вовлеченности ребенка в социальные контакты возникает та или иная форма социальной дезорганизации (например, разводы, преступления, жестокое обращение с детьми; см. Naroll, 1983).

Короче говоря, как отметили Амир и Шарон, существует много случаев универсальности поведения, даже если наши результаты не повторяются в других культурах. Нам нужен более сбалансированный взгляд в отношении того, что с той или иной степенью является общекультурным, а что нет. Пепитон и Триандис (Pepitone, Triandis, 1987) отмечают, что некоторые феномены сильно связаны с биологией, особенностями экологии или с социальной структурой, которые являются общими составляющими для всего человечества. Поэтому теории, имеющие дело с подобными явлениями, скорее всего, будут иметь универсальный характер. Однако для того чтобы эти теории были универсальны, также важно, чтобы значения стимулов обусловливания также были бы универсальны, т.е. их понимание было бы одинаковыми в разных культурах. Проблема состоит в том, что поскольку культура – это основной и первичный источник значения и интерпретации явлений, мы не можем принимать как должное постоянство значения чего-либо в разных культурах. Поэтому каждый получаемый результат мы должны проверять в кросс – культурном сравнении, прежде чем говорить о его всеобщности. Одно из заключений, которое нетрудно вывести после прочтения шести томного издания «Руководство по кросс – культурной психологии» (Triandis, Berry, 1980) состоит в том, что почти любое значимое явление в психологии имеет и универсальные, и кульурно-специфические аспекты. Некоторые примеры позволят пояснить это положение.  Давайте рассмотрим проблему обучения в Японии и Соединенных Штатах. Отличается ли обучение японцев от американцев? Для ответа на этот вопрос можно воспользоваться диаграммой. На оси Х будем наносить число необходимых испытаний (проб или попыток) для усвоения чего-либо, а на оси У – число правильных ответов. При осуществлении этой процедуры с японцами, мы получим линию, которая показывает: чем больше делается проб – испытаний, тем меньше делается ошибок. Поскольку для Соединенных Штатов получается в целом такая же форма линии, приходим к заключению, что взаимосвязь «больше проб – меньше ошибок» имеет универсальный характер. Другая переменная, которую мы можем рассмотреть – это вопрос о том, кто получает вознаграждение за обучение, когда обучающийся дает правильный ответ: сам испытуемый или экспериментатор? Харуки, Шигехиши, Нидейт, Ваима и Огава (Haruki, Shigehisa, Nedate, Wajima, Odawa, 1984) исследовали этот вопрос следующим образом: иногда вознаграждали конфетами обучающихся (испытуемых), а иногда экспериментаторов. Они обнаружили, что в Америке положительные результаты обучения фиксировались в обоих условиях, однако они были выше, когда награды получал сам испытуемый, а не экспериментатор. В Японии респонденты также имели положительные результаты в обоих условиях, но  результаты обучения были одинаковыми – и в случае вознаграждения экспериментатора, и когда  награду получал сам испытуемый.

Исследователи объясняют эти результаты тем обстоятельством, что японские матери за правильные действия обычно вознаграждают своих детей, говоря «я счастлива», и, наоборот, «я расстроена», когда они ведут себя неприемлемо. Таким образом, японцы приобретают навыки бращать внимание на переживания других и регулировать свое поведение с учетом этих переживаний. Поэтому японцы одинаково научаются и тогда, когда вознаграждения получает кто-либо из значимых других, и когда вознаграждение они получают сами. Это культурная специфичность, которая отражает «индивидуализм» американцев и «коллективизм» японцев. Короче говоря, феномен научения, в ходе которого кто-то вознаграждается – это культурно-универсальный элемент, а детали этого процесса культурно специфичны.

Аналогично, Экман и Фрейзен (Ekman, Friesen, 1971) показали, что эмоции имеют одинаковые связи с различными типами ситуаций в разных частях земного шара. Однако «правила» или «нормы» проявления эмоций кульурно обусловлены. Например, в Японии, когда подчиненный переживает неудачу и должен сообщить об этом вышестоящему лицу, предполагается, что во время доклада ему следует улыбаться. Он не должен из-за своего состояния заставлять переживать лицо с вышестоящим статусом, и улыбка помогает этому лицу уменьшить переживание стресса подчиненного. В Японии считается нормой умение людей жестко контролировть свои эмоции.

Такие же проявления можно наблюдать и в экспериментальной ситуации, когда американцам и японцам показывался фрагмент кинофильма, в котором герою отрывало руку. Эксперимент с испытуемыми проводился в двух условиях: когда они были «одни» и «в присутствии других людей». В первом экспериментальном условии («одни») американцы и японцы выражали одинаковые эмоции, реагируя на происходящие события на экране. Однако японцы выражали меньше эмоций в условии «присутствия других» (Ekman, 1992; Ekman, Friesen, 1971; Laserus, Averill, 1972). Таким образом, тогда как само эмоциональное переживание, по всей видимости, является универсальным, нормы и правила их проявления являются культурно обусловленными.

В целом отметим, что одним из самых  важных преимуществ кросс – культурных исследований является возможность дифференцирования универсальных и культурно-специфических аспектов любого психологического явления.

 

культурная дистанция – предыдущая  |  следующая – естественные эксперименты

Триандис. Культура и социальное поведение. Оглавление