Яндекс.Метрика

Изучение личностных особенностей и самосознания при пограничных личностных расстройствах (продолжение)

Исследование пациентов с депрессивным синдромом позволило уточнить некоторые факторы, определяющие выбор стратегии самоотношения (Соколова Е.Т. 1989, 1991). Мы предположили, что к самоублажающей стратегии будут прибегать лица с выраженным истероидным личностным радикалом, в то время как для шизопсихастенической акцентуации более типичной окажется атрибутивная стратегия тотальной или парциальной самоэффективности. По данным методики управляемой проекции (МУП), выделились два типа самоотношения: с симпатией и уважением и с симпатией и неуважением.

Опираясь на анализ текстов приписывания, можно обнаружить достаточно выраженные оппозиции, в которых конструируется Я-образ. Для больных первой группы позитивный полюс шкал представлен качествами, атрибутируемыми похожему персонажу А, отрицательный — противоположному по своим характеристикам персонажу В. Позитивное самоотношение обосновывается, следовательно, путем нескольких защитных стратегий. Одна из наиболее распространенных заключается в акцентировании и прямом приписывании разнообразных привлекательных нравственных качеств — трудолюбия и откровенности, бескорыстного служения делу, принципиальности, порядочности и высокоморальности, способности к самоотдаче и самопожертвованию в дружбе и любви. Вторым механизмом защиты позитивного самоотношения является лишение непохожего персонажа каких бы то ни было вызывающих симпатию качеств и приписывание таких черт, которые позволили бы eще больше оценить и оттенить “хорошесть” похожего персонажа. Например, если для А гарантией успеха в профессиональной сфере являются трудолюбие, интерес к предмету и широта знаний, то к В успех приходит случайно, как к баловню судьбы, не благодаря, а как бы вопреки личностным качествам. То же относится и к общению. Персонаж А обладает всеми добродетелями, позволяющими ожидать от других ответного чувства; персонаж В, напротив, эгоистичен, корыстен, любит только себя, на дружбу и любовь не способен. Субъективно кажется эффективным также прием, который условно можно назвать “умением из очевидной слабости или недостатка сделать добродетель”. Так, эмоциональная несдержанность, часто приводящая к конфликтам в общении, трансформируется в принципиальность, тонкость и артистичность; замкнутость — в альтруизм, нежелание перекладывать свои беды на плечи друзей и близких. Фальшивость, надуманность, в значительной степени нереалистичность подобного представления о своей личности вскрываются в процедуре “треугольник общения”, позволяющей сопоставить прямое самоотношение с ожидаемым; оказывается, что последнее вовсе не подтверждает установку на полное самоприятие. От непохожего персонажа ожидаются чувство превосходства, общение свысока, снисходительность. В свою очередь А испытывает тайную зависть к своему антиподу. Подобная структура ЭЦО заставляет предполагать, что за демонстрируемым фасадом сверхблагополучного самоотношения и самоприятия скрывается глубоко конфликтное Я, резистентное к развитию и изменению. Портрет противоположного персонажа В в определенном смысле может рассматриваться как перспектива личностного изменения в направлении большей социальной адаптированности, коррекции некоторых личностных черт, предрасполагающих к повышенной сензитивности, уязвимости. Полное отвержение персонажа В объективно более социально и личностно успешного, означает отсутствие установки на самоисследование, рефлексию и изменение базовых черт личности, ее стиля.

Интактность личности обеспечивается массивным задействованием механизмов психологической защиты, маскирующих и искажающих истинный образ Я, вследствие чего сохраняется и инкапсулируется сверхпозитивное защитное самоотношение. Его внутренняя конфликтность вскрывается в процедуре “треугольник отношений”, где похожий персонаж А испытывает амбивалентные чувства к своему антиподу — зависть, желание походить на него и в то же время раздражение. От персонажа В ожидается снисходительное, свысока отношение, общение между ними абсолютно невозможно. Напрашивается аналогия с “расколотой” структурой самосознания, где, в сущности, слабое и неблагополучное Я защищается формированием структуры сверхуспешного и морального Я. Благодаря стратегии самоприукрашивания и полного вытеснения негативной информации о своем Я оказывается достижимым достаточно высокий уровень самоприятия (0,5-1,0 по КИСС).

Возникновение депрессии является сигналом, что сложившийся стиль эмоционального реагирования, включающий расщепление Я, вытеснение, проекцию, формирование реакции оказался неэффективным. Депрессия становится экстремальным защитным механизмом, с помощью которого пациент бессознательно надеется сохранить привычно-благоприятное (в сущности, идеализированное и фальшивое) представление о своем Я. Депрессия также является симптомом экзистенциального кризиса, своеобразным предупреждением — “дальше так обманывать себя опасно”, последним шансом на обретение своего истинного Я.

Воспринимаемая самоэффективность – предыдущая | следующая – Уважение и симпатия

Особенности личности при пограничных расстройствах и соматических заболеваниях