Яндекс.Метрика

Терапевтические применения гипноза.

Гипноз представляет собой не только объект лабораторных экспериментов. Он является также лечебным средством. Прежде чем приступить к изложению теоретических проблем, существующих в сфере исследования гипноза, мы сочли полезным сообщить читателю крат­кие сведения о его лечебном применении. Мы не задава­лись целью дать исчерпывающий обзор гипнотерапии, а хотели лишь указать ее основные направления. В 1918 г. Фрейд писал: «Применение нашей терапии к многочисленным больным вынуждает нас в широких масштабах соединять чистое золото анализа с медью внушения, и даже гипнотическое воздействие могло бы найти там свое место, как это и происходит при лечении   военных неврозов» (Freud,   1918). Эти слова Фрейда часто цитировались. Очень рано ученики Фрейда стали задумываться над тем, нельзя ли сократить курс психоаналитического лечения (хотя курс этот был в то время гораздо короче, чем сегодня). Так родились попытки Ференчи, а затем Александера ввести «активный метод», то есть методику, которая выра­жалась в отказе в какой-то степени от полной нейтраль­ности психоаналитика и при которой он мог бы занимать позицию, одновременно и более поощрительную, и директивную. Вообще говоря, по мере того как психо­анализ обращался к более широкому кругу пациентов, исследователи стремились упростить его методику. Речь идет о ППН (Held, 1968), или психотерапии психоана­литического направления. За последние годы на базе работ Балинта (Balint et al., 1972) развивается движе­ние в пользу сокращенных курсов психотерапии (Malan, 1963; Sifneos, 1972).

В 30-е годы такие видные специалисты, как Джонс и Гловер, поставили под сомнение правомерность этих попыток, ссылаясь на упомянутую выше «металличе­скую» метафору Фрейда (Glover, 1972). Эти ис­следователи считали, что такие методы лечения откло­няются от классического психоанализа и основаны, в сущности, на простом внушении. Со своей стороны при­верженцы этих методов заверяют, что они хранят вер­ность психоанализу. Этот вопрос широко дебатируется и в наши дни.

Само употребление слова «внушение» в упомянутой фразе Фрейда наводит на мысль, что он имел в виду применение гипноза с целью устранения симптомов. Этот аспект немаловажен. Вопрос о том, вправе ли психотерапия ставить своей целью устранение симпто­ма, вызывал и доныне вызывает многочисленные споры. Часто выдвигается довод, что прямое воздействие на симптом сопряжено с риском вызвать замещающие проявления или обострение болезни; клиническая прак­тика показывает, однако, что этот довод далеко не дока­зан. Замещающие симптомы возникают не всегда. Не­которые аналитики считают даже, что снятие симптомов иногда может служить отправной точкой, необходимой для вхождения пациента в процесс психоанализа. Так, Кьюби писал в 1972 г.: «Многие психоаналитики не учитывают того факта, что, хотя длительная терапия требует освобождения глубинной личности, она должна начинаться с устранения симптоматических заслонов… Жизненно важно для лечебной эффективности всякой психотерапии, в том числе и терапии психоаналитиче­ской, пробить брешь в симптомах. Полное освобождение личности от любых невротических пут необходимо для устойчивого изменения»  (Kubie, 1972).

Однако беглое упоминание Фрейдом военных неврозов показывает, что в этой своей работе он рассматривал гипноз не только как внушение. И действительно, для лечения этих неврозов применялся катартический метод, то есть использование гипнотического состояния как состояния измененного сознания с целью вызвать восстановление в памяти травм, спровоцировавших невроз. Как мы видим, эта терапия не была просто «подавляющей».

Попытки объединить психоанализ с гипнозом дей­ствительно предпринимались, и главным образом в Соединенных Штатах. Ставился вопрос, нельзя ли таким способом ускорить лечебный процесс как в динамиче­ской психотерапии, так и в классическом психоанализе. Раз гипнотическое отношение ведет к особенно интен­сивному эмоциональному вовлечению, оно может спо­собствовать и более быстрому снятию защитных реак­ций, ускорению процессов переноса. Кроме того, дейст­вия загипнотизированных вообще ближе к первичным процессам. Так, Гилл и Бренман обнаружили, что человек способен в более глубокой степени отдать себе отчет в неосознанных конфликтах, если для этого в качестве обходного приема используется исследование сновиде­ний, проводимое под гипнозом, чем в тех случаях, когда такое исследование проводится в состоянии бодрство­вания  (Gill, Brenman, 1959).

Включение гипноза в психотерапию принимало раз­нообразные формы; иногда дело ограничивалось прове­дением время от времени гипнотических сеансов, а в остальном техника психотерапии сохранялась без изменений; иногда же применялись обычные средства гипноанализа: внушенные сновидения, возрастная рег­рессия, автоматическое письмо и т. п. Гилл и Бренман (1959), Вольберг (1964), Клайн (1975 а, b), Шнек (1954, 1965), Эрика Фромм (1977, 1979), Эдит Клемпе­рер (1969), Уоткинс (1949) уделили значительное место роли гипноза в клинической практике. Назовем также Милтона Эриксона, который после работы с Кьюби раз­работал оригинальные терапевтические методы, опираю­щиеся как на понятия психоанализа, так и на терапию обусловливания и обучения; в его методах искусно совмещались самые разнообразные приемы (Haley, 1973; Bandler, Grinder,  1975;  Erickson, Rossi,  Rossi,  1976).

Остается важное возражение: положительный пере­нос был бы при гипнозе слишком сильным и мог бы поме­шать выражению сопротивлений, анализ которых игра­ет первостепенную роль в лечебном процессе. Это реаль­ная трудность, однако, как мы увидим ниже, она не на­столько неразрешима, как это кажется.

Независимо от своего использования в психодина­мике гипноз чаще всего применяется для прямого внушения. Он играет важную роль в психосоматической медицине (бородавки, экзема, псориаз, психогенная тучность, энурез, или психогенная задержка мочи, го­ловные боли, аменорея, астма, воздействие на боль и т. п.). Гипноз применяется, кроме того, для изменения ряда форм поведения (алкоголизм, курение, навязчивые страхи). В последних случаях гипноз сочетается иногда с «поведенческой терапией»  (Kroger,  1977).

Можно также ограничиться погружением пациента в гипнотическое состояние и не проводить никакого внушения. Такой прием носит название длительного гипнотического сна. Сеансы продолжаются от одного часа до 24 часов и даже нескольких недель. Этот метод применялся главным образом в начале нашего века. Веттерстрандом в Швеции, Ван Рентергемом в Голландии, Жане во Франции. Русские врачи использовали его для лечения гипертонии и сердечно-сосудистых нарушений и продолжают прибегать к нему в ряде слу­чаев. Американцы в настоящее время вновь открывают его возможности в так называемой методике «кабинеты гипноза», при которой пациента погружают в гипнотический сон различной продолжительности без какого бы то ни было иного вмешательства.

Описания гипноза и внушаемости– предыдущая |  следующая – Терапевтические применения гипноза

Л. Шерток. Непознанное в психике человека.  Содержание.