Яндекс.Метрика

Скачки уровня притязаний и психопатии

Известно, что процесс решения трудной задачи (не только интеллектуальной, по, что важнее для психологии личности, жизненной) состоит обычно из трех этапов. Этапа непосредственных решений, когда человек пытается сразу найти нужный выход: затем после ряда неудач начинается трудный этап более глубокого осознания ситуации, поиска адекватных путей выхода, который, наконец, приводит к нужному принципу, к третьему этапу — собственно решению. Здесь же процесс решения встающих перед человеком задач нередко ограничивается первым этапом или не до конца пройденным вторым этапом, что, естественно, не приводит к нужному выходу и серьезному успеху. Своеобразный вид приобретает и кривая уровня притязаний. Потерпев первые две-три неудачи в решении трудных задач, люди психопатического склада вместо того, чтобы несколько снизить свои притязания, выбрать задачу полегче, нередко впадают в отчаяние, хватаясь за заведомо легкие цели. Это унижение оказывается, однако, на деле «паче гордости» потому, что стоит им даже в малом прийти к успеху (например, решить несколько простых задач), как они вновь полны самоуверенности и желания удовлетворить свое тщеславие выбором наиболее престижных целей. Эти скачки притязаний наглядно выявлены во многих экспериментальных исследованиях людей психопатического склада, в особенности страдающих выраженными клиническими формами психопатий (Меерович, Кондратская, 1936; Бежанишвили, 1967; Зейгарник, 1971; Гульдан, 1976; и др.).

В результате подобной тактики действий все время как бы «проскакивается» та зона, где лежат максимально трудные, требующие напряжения, но все же посильные для данного человека цели (Братусь, 1977). Поэтому, несмотря на нередко внешнюю активность, люди такого типа обычно малопродуктивны и неспособны показать свои подлинные возможности. Они могут порой подавать блестящие надежды, которые, к удивлению многих окружающих, по прошествии времени совершенно не оправдываются. Человеку с ломаной кривой уровня притязаний часто не могут помочь достигнуть серьезного успеха даже самые благоприятные задатки. Они не реализуются в таланты, ибо талант — это умение работать, умение, которое в данном случае явно отсутствует. К каким весьма серьезным последствиям это может приводить, показывает следующее наблюдение.

 

Юноша — назовем его условно К. — в 16 лет поступил в университет, выдержав труднейший конкурс. Юноша этот несомненно выделялся своим дарованием среди сокурсников, из которых многие уже прошли службу в Советской Армии, несколько лет перед этим работали и поначалу с трудом втягивались в учебу. Наш юноша схватывал все буквально на лету, к некоторым занятиям, например, по иностранному языку, мог вовсе не готовиться и все же отвечать на «хорошо» и «отлично».

Но прошло время, бывшие производственники стали заниматься основательно. Учебный материал был таков, что требовал усидчивости, регулярного труда. И здесь все увидели, что К. сначала постепенно сравнялся, а затем все заметнее стал отставать от сокурсников. Притязания у К. оставались по-прежнему очень высокими: ему нравилось (он уже привык) ходить в «выдающихся», слышать похвалу. Но теперь, чтобы соответствовать этому уровню, явно надо было менять свое поведение: реализация несомненных задатков и способностей требовала усидчивости и серьезных занятий. Но перемены этой не случилось. К. по-прежнему занимался урывками: иногда, например, он вдруг тщательно готовился к какому-нибудь семинару и хорошо выступал на нем, вызывая одобрение преподавателя. Но такие успехи в целом играли отрицательную роль, потому что после них К. был полон гордости и надолго забрасывал учебники. К концу третьего курса встал вопрос о его отчислении за академическую неуспеваемость. Но и это не смогло изменить прежнего стиля, хотя никто не сомневался, что серьезными занятиями он сумел бы наверстать упущенное. Однако К. продолжал утверждать себя, «спасать» свои высокие притязания другими, более легкими способами. Он, например, пошел на прием к декану — ведущему специалисту в своей области — и заявил: «Вы напрасно думаете меня отчислять. Знайте, что через некоторое время я буду сидеть в вашем кресле, я буду деканом…»

Прошло время. Ему уже за тридцать. Он давно не учится, живет случайными заработками. Говорят, что последнее время он стал много пить. Внешне он по-прежнему самоуверен, собирает книги по специальности, говорит, что вскоре будет вновь восстанавливаться на факультете. Но подробный разговор с ним легко обнаруживает, что К. остался прежним, он ставит нереальные задачи вместо реальных, спасает свою самооценку довольно легкими и дешевыми приемами, обвиняет во всем не себя, а обстоятельства (кстати, поначалу очень для него благоприятные). Под конец разговора он спрашивает о своем бывшем сокурснике: «Неужели Р. стал доцентом? А ведь на первом курсе он меня слушал с открытым ртом…»

…Когда думаешь о людях, подобных К., всегда становится грустно и искренне жаль неиспользованных талантов, умелое развитие которых принесло бы и пользу людям, и счастье их обладателям.

 

Строение притязаний. Уровни целей – предыдущая  | следующая – Недифференцированность реальных и идеальных целей 

ОГЛАВЛЕНИЕ 

консультация психолога детям, подросткам, взрослым