Яндекс.Метрика

11.3. Нарушение и восстановление конструктивной деятельности у больных с поражением лобных отделов мозга

11.3. Нарушение и восстановление конструктивной деятельности у больных с поражением лобных отделов мозга

Противоположная картина обнаруживается при решении тех же конструктивных задач больными с поражением лобных долей мозга. Уже простое наблюдение за поведением этих больных в ситуации решения задачи, их отношение к инструкции и к результатам своей деятельности указывают на другую форму патологии интеллектуальной деятельности.

Прежде всего, обращает на себя внимание полное отсутствие у этих больных мотива и ориентировочно-исследовательской деятельности как необходимых этапов выполнения интеллектуального акта. В противоположность предыдущим, у этих больных никогда не возникает вопросов ни по инструкции, ни по условию задания, ни по ходу его выполнения. Они приступают к решению без предварительного анализа задачи или образца. Отсутствие аналитической деятельности, предваряющей решение, естественно, приводит к невозможности создания общего плана выполнения задания. Процесс решения задачи у этих больных не представляет собой единую оперативную систему, в которой отдельные операции логически связаны между собой в единую деятельность, соответствующую условию данной задачи. Их попытки решения часто не выходят за пределы фрагментарных, не обусловленных общей целью операций. Контроль за своими действиями у них также отсутствует, как и правильная оценка выполнения задачи. Особое затруднение у этих больных вызывает выполнение конструкции по образцам, требующим специального анализа структуры и перешифровки зрительного впечатления в элементы тех единиц (кубиков), из которых данная структура должна быть построена. Больные с «лобным синдромом», как правило, не могут самостоятельно расчленить фигуру, изображенную на образце, на составляющие ее квадраты, соответствующие кубикам, из которых строится данная конструкция. Если этим больным предложить сосчитать количество квадратов, из которых может быть построена заданная фигура, то они будут пересчитывать наглядные, непосредственно воспринимаемые зрительные элементы образца.

Так, больной У. (ист. б. № 29302) с опухолью, занимавшей всю правую лобную долю от полюса до ее задних отделов и от конвекситальных отделов до основания передней черепной ямки и прораставшей в левую долю, в средние ее отделы, на образце выделил «7 квадратов».

Больная Б. (ист. б. № 37494) с опухолью, располагавшейся в полюсе лобной доли, уходящей до фалькса и базально, на образце вычленила «3 элемента, или квадрата». Такое поведение с тенденцией оценивать лишь элементы непосредственного впечатления от образца характерно для всей группы больных с поражением лобных долей мозга.

Для всех этих больных (в отличие от больных с темен-но-затылочным синдромом) характерно, что инструкция, данная экспериментатором, не детерминирует их поведение. Хотя в инструкции и говорится о том, что кубиков много, но все они одинаковые по расцветке, больные в случае ошибки в процессе построений фигуры вместо того, чтобы внимательно рассмотреть взятый кубик и выделить его нужную сторону, постоянно берут из коробки все новые и новые кубики, что указывает на серьезный дефект аналитического подхода к задаче. Нарушение ориентировки в образце, отсутствие анализа исходных данных ведут к нарушению общей стратегии в решении конструктивной задачи.

Именно поэтому больным с поражением лобных долей мозга, которые не проявляют никаких затруднений в операциях, требующих ориентировки в пространстве, решение данной конструктивной задачи недоступно.

Приведем примеры.

Больная Д. (ист. б. № 37495), 42 лет, образование 8 классов, служащая, была оперирована. В результате операции была удалена арахноидэндетелиома правой лобной доли с исходным ростом из переднего наружного угла передней черепной ямки.

Нейропсихологическое обследование отмечало сохранность многих ВПФ. У нее не было ни апраксии, ни речевых расстройств, мнестические процессы не нарушены. Отмечалось лишь легкое нарушение динамики интеллектуальных процессов, проявлявшееся в импульсивности при решении задач. Больная была несколько эйфорична, некритична к своим дефектам. После операции у нее оставался тот же синдром, однако такие симптомы, как импульсивность в протекании интеллектуальных процессов и в поведении, недостаточная оценка своих дефектов, эйфория, стали более грубо выраженными.

На этом фоне после операции с больной было проведено восстановительное обучение по решению конструктивных задач. Ниже обратимся к анализу конкретного материала.

Больной дан образец 1. Она, не взглянув на образец, импульсивно начала строить фигуру, построив ее из 6 квадратов вместо четырех. «Вы правильно построили фигуру ?» — «Правильно, а что же тут строить, все просто».

Больной дается образец 3. Она также, не обратив должного внимания на образец, отложила его в сторону и без всякого предварительного анализа, импульсивно стала строить фигуру, стремясь использовать для этого все кубики. «Вы правильно построили фигуру?» — «Правильно». — «Посмотрите на образец». — «Зачем мне смотреть? Я и так все помню». — «Посмотрите внимательно на образец и внимательно послушайте задание. Вы неправильно строите. Попробуйте найти другой способ построения фигуры. Вам нужно построить фигуру из кубиков. Все их не нужно брать. Возьмите нужное количество, такое, какое требуется. А это вы узнаете, если внимательно посмотрите на образец. Работайте спокойно, не торопитесь».

 

11.2. Нарушение и восстановление конструктивной деятельности при поражении теменно-затылочных отделов коры левого полушария мозга (продолжение) – предыдущая  | следующая –  11.3. Нарушение и восстановление конструктивной деятельности у больных с поражением лобных отделов мозга (продолжение)

Содержание. Нейропсихологическиая реабилитация больных. Речь и интеллектуальная деятельность.