2.3.5. Акустико-мнестическая афазия

2.3.5. Акустико-мнестическая афазия

Эта форма афазии возникает при поражении 21-го и 37-го полей, т. е. коры второй височной извилины левого полушария. Она впервые была выделена и описана А. Р. Лурией. Раньше ее либо смешивали с сенсорной, считая эту форму афазии этапом развития последней, либо называли то проводниковой, то транскортикальной моторной афазией. Однако клиника афазии и экспериментальные данные дали возможность А. Р. Лурии, а затем его ученикам (Цветкова, 1972а, в, 1974, 1975 и др.) вычленить механизм этой формы афазии, описать синдром и сравнить ее с сенсорной, выделив ее в самостоятельную форму афазии. Функции этой области височной коры мало изучены; однако некоторые существенные черты отличают эти отделы от других: это наличие связи указанных отделов коры со зрительным анализатором, с древними формациями коры — лимбической областью и медиобазальными отделами, со слуховым анализатором — и отсутствие связей с периферией. Как и 22-е поле, эти отделы получают волокна из зрительного бугра.

Нарушения речи, возникающие при поражении этой области, интерпретировались разными исследователями по-разному. Клиническая и психологическая картины нарушения речи и его характер носят тем не менее четкий и определенный характер.

Клиническая картина афазии проявляется в негрубом нарушении понимания речи, в отчуждении смысла слов, в непонимании смысла скрытого подтекста высказывания, в нарушении называния предметов, в негрубом нарушении устной речи (в речи много вербальных — при отсутствии литеральных — парафазии), в дефектах и повторной речи. В клинике этой афазии имеется симптом отчуждения значения слова при его правильном повторении. Нарушения устной экспрессивной и импрессивной речи идут на фоне принципиально сохранного письма и чтения. Больные этой группы уже по клинической картине проявления афазии отличаются от больных с сенсорной афазией. У них нет бессвязной непродуктивной разговорной речи, они могут быть поняты собеседником, нередко замечают свои ошибки в речи, у них нет многословия, не повышена эмоционально-выразительная сторона речи, как это имеет место у больных с сенсорной афазией. В эмоционально-волевой и личностной сфере у них не обнаруживается резкой эмоциональной лабильности, хотя она и имеет место, отсутствует тревожность и «суетливость» в общем и вербальном поведении, характерные для сенсорной афазии.

Уже только клиника нарушения называния предметов показывает резкое различие этих двух форм афазии: при сенсорной афазии больные при попытках назвать предмет произносят многократно одно и то же слово с различными литеральными ошибками, т. е. у них идут поиски не наименования, а звукового оформления слова, и подсказка здесь не помогает, так как больные не улавливают ее из-за дефектов фонематического слуха (например, лимон — днон, динон, люноло, молоно, ноло). При акустико-мнестической афазии попытки больных назвать предмет выливаются в поиски именно нужного слова-наименования, выбор его из семантического поля путем перебора всех слов-наименований из этого же поля (лимон — это не апельсин. Яблоко? Нет, не яблоко. А что еще кислое?) или путем перечисления его функций (этим режут, ну еще стригут… ну как это…).

В синдром акустико-мнестической афазии входят следующие симптомы: 1) нарушение понимания речи — обращенной, подтекста, иносказаний, аллегорий и т. д., отчуждение значения и смысла слов, даже при правильном их произнесении, повторении; 2) нарушение устной экспрессивной речи — спонтанной (вербальные парафазии, мнестические западения на слова), повторной; 3) нарушение номинативной функции речи.

2.3.4. Сенсорная афазия – Предыдущая | Следующая  –2.3.5. Акустико-мнестическая афазия (продолжение)