Яндекс.Метрика

п.1. Изменение мотивации деятельности у больных хроническими заболеваниями (продолжение).

Все привычные, сложившиеся в преморбиде фор­мы деятельности начинают при этом менять свое внутреннее содержание, наполняясь иным, связанным с новым ведущим мотивом, смыслом. Так, даже ра­бота, кроме возможности самореализации, достиже­ния материального благосостояния, может стать спо­собом отвлечения от болезни, занятия физкульту­рой — методом лечения, чтение — способом запол­нения свободного времени и т. д. Выделившийся и этот период мотив сохранения жизни, как показы­вают наши наблюдения совместно с Т. Н. Муладжановой и М. М. Орловой, может вступить в противоречие с ранее действовавшими мотивами. Если по­следние не могут быть включены в систему мотива сохранения жизни, не могут выступать в качестве промежуточных целей для достижения этого нового ведущего мотива, то они теряют свою побудительную силу, при этом лишается личностного смысла и деятельность, направленная на их реализацию. Круг интеллектуальной деятельности сужается, теряет свой полимотивированный характер, становится бедно моти­вированным. Это проявляется прежде всего в реальной жизни больного: сужаются круг интересов, сфера активности больного, беднеют связи больного в социальной среде (прежде всего в ближайшем социальном окружении — семье).

Замкнутость, отчужденность, обеднение контактов с людьми, пассивность больных с тяжелыми сомати­ческими заболеваниями, описанные в клинических и психологических исследованиях (Тхостов, 1980; Манилова, 1984), в значительной степени обусловлены сужением круга актуальной мотивации, новой жизненной направленностью больного. Доминирование ведущего мотива сохранения жизни придает особую окраску всей психической жизни больного, налагает отпечаток на особенности восприятия мира, изменяет всю систему жизненных ценностей. Больные сами отмечают, что «все стало другим», «теперь я ко всему по-другому отношусь». То, что раньше радовало, привлекало, казалось важным, теряет свою привле­кательность, лишается смысла. Вместе с тем появля­ются ранее не свойственные больным интересы, повы­шается эгоцентрическая фиксация на себе. Больные часто становятся более равнодушными к близким людям, сужается круг явлений, способных заинтересовать их, привлечь внимание.

Выделение мотива сохранения жизни ведет к фор­мированию ограничительного поведения: инертности, снижению жизненной активности больного, если та­кая активность противоречит этому мотиву, либо фор­мируется новый смысл привычной деятельности, если она включается в структуру мотива сохранения жизни в качестве цели. Это приводит к возникновению самых разнообразных «уходов»: в болезнь, в работу, в семью, в общественную деятельность. В дальней­шем подобные цели способны снова получать собст­венную побудительную силу, но уже по механизму «сдвига мотива на цель».

Происшедшая в ходе лечения перестройка в мотивационной сфере личности, выдвижение на первый план нового смыслообразующего мотива сохранения жизни у части больных приводят к формированию и новой ведущей деятельности — по сохранению здо­ровья, по контролю за своим состоянием. Если на начальных этапах заболевания осуществление конт­роля за своим состоянием проводилось не всегда ре­гулярно и было подчинено цели — вернуться к труду, то впоследствии забота в своем состоянии становится основным смыслом жизни. Одним из условий форми­рования новой ведущей деятельности являются преморбидные особенности личности. Как правило, это люди, смысл жизни которых до заболевания заклю­чался преимущественно в производственной деятель­ности, и ситуация, в которую они попали в связи с лечением и заболеванием, постепенно приводит к по­тере ими смысла жизни. Резко сужается круг инте­ресов (и до заболевания не отличавшийся широтой), больные становятся пассивными, много лежат в по­стели, мало читают, целиком погружены в свое со­стояние.

Наряду с перестройкой иерархии мотивов проис­ходит сокращение временной сферы мотивации. Боль­ные обеспокоены и заняты только ближайшими во времени событиями, переоценивают их и недооцени­вают значимость отдаленных во времени событии, «живут одним днем». Экспериментальным подтверж­дением этого являются несоблюдение инструкции по типу нарушения временной перспективы и феномен «смещения времени», выявленные при составлении больными рассказов по картинкам тематического апперцептивного теста.

Подобная «смысловая смещенность» больных на события настоящего времени, наполнение их лично­стным смыслом способствует снижению тревоги отно­сительно неопределенного будущего и имеют, по всей видимости, защитный характер.

мотив “сохранения жизни”
– предыдущая страница|следующая страница – дефект внешности

Влияние хронической болезни на психику. Содержание.