Яндекс.Метрика

Глава IV. Взаимоотношения со взрослыми

IV. 1. Возрастные различия и преемственность поколений

Взаимоотношения со взрослыми — одна из важнейших проб­лем юношеского возраста, имеющая как социальный, так и пси­хологический аспект. Чтобы правильно поставить ее, нужно прежде всего строго разграничить возрастные различия и раз­личия между поколениями. Возрастные различия суть различия между людьми, находя­щимися на разных стадиях жизненного пути. Различия эти уни­версальны и затрагивают самый широкий круг свойств и отно­шений. Юноша 16 лет всегда и везде отличается от 36-летнего мужчины и по биологическим возможностям, и по интересам, и по общественному положению. Различия между поколениями (межпоколенные или когортные различия) суть различия между людьми, родившимися в разное время, сформировавшимися в разных исторических усло­виях. Эти различия так же универсальны, как и возрастные. Любое общество представляет собой систему взаимодействия возрастных слоев, а его развитие может быть представлено как последовательная смена и преемственность поколений. Но если степень возрастных различий зависит от того, насколько резко отличаются друг от друга сравниваемые этапы жизненного пути, то степень межпоколенных различий зависит от темпов социально-исторнческого развития. Преемственность поколений всегда селективна (избиратель­на): одни знания, нормы и ценности усваиваются и передаются следующим поколениям, другие, не соответствующие изменив­шимся условиям, отвергаются или трансформируются. Преем­ственность не совсем одинакова в разных сферах деятельности. В сфере потребительских ориентации, досуга, художественных вкусов и некоторых других установок расхождения между стар­шими и младшими, как правило, больше, чем в том, что каса­ется главных социальных ценностей (политические взгляды, ми­ровоззрение). Это объясняется не только разницей в темпах обновления соответствующих сфер культуры, но также тем, что мода, досуг и развлечения наиболее тесно связаны с возрастом. Различия между поколениями (привычка к определенному, усвоенному в годы собственной юности стилю поведения, музы­ке, танцам и т. п.) усугубляются здесь возрастными: юношеская жажда новизны контрастирует с присущей зрелому возрасту ориентацией на стабильность. Еще Аристофан в комедии «Облака» описывал конфликт между рассудительным, благонамеренным отцом и легкомыслен­ным длинноволосым сыном («дискуссия» о волосах была весьма актуальна в то время, поскольку в Афинах эта мода символизи­ровала симпатии к Спарте). В ответ на просьбу отца спеть что-либо из древних авторов, Симонида или Эсхила, сын назы­вает этих поэтов устаревшими и ходульными. Когда же сын обращается к современному искусству, читает монолог из Еврипида, старик выходит из себя, видя в нем безвкусицу и безнрав­ственность. Частные свойства юношеской субкультуры нельзя распрост­ранять на всю область межпоколенных отношений. Моды, худо­жественные вкусы и т. п. недостаточны для характеристики поколения, а разногласия, возникающие по этому поводу, не мо­гут служить общим показателем межпоколениых отношений. В то же время нельзя и недооценивать значения этой сферы, в которой младшие обычно опережают старших, заставляя их при­спосабливаться к новым веяниям. «Мы и взрослые»— одна из ведущих тем подростковой и юно­шеской рефлексии. Конечно, возрастное «мы» существует и у ре­бенка. Но ребенок принимает различие двух миров —детского и взрослого — и то, что отношения между ними неравноправны, как нечто бесспорное, само собой разумеющееся. Подросток и юноша стоят где-то «посередине», и эта промежуточность по­ложения во многом определяет свойства их психологии, вклю­чая и самосознание. Французские психологи (Б. Заззо и др.) спрашивали детей от 5 до 14 лет, считают ли они себя «маленькими», «большими» или «средними» (не по росту, а по возрасту); при этом выясни­лась эволюция самих эталонов «роста». Дошкольники чаще сравнивают себя с младшими и потому утверждают, что они «большие». Школьный возраст дает ребенку готовый количест­венный эталон сравнения — переход из класса в класс; большин­ство детей считают себя при этом «средними», с отклонениями преимущественно в сторону «большого». С 11—12 лет точка отсчета меняется: ее эталоном все чаще становится взрослый, «расти»— значит становиться взрослым. Отсюда количествен­ные и качественные сдвиги в оценке своего положения. Советские психологи, начиная с Л. С. Выготского, единодуш­но считают главным новообразованием подросткового возраста чувство взрослости. Чувство это противоречиво, критерии его неоднозначны. Ориентация на взрослые ценности и сравнение себя со взрослыми зачастую заставляют подростка снова видеть себя относительно маленьким, несамостоятельным. Однако, в отличие от ребенка, он уже не считает такое положение нор­мальным и стремится его преодолеть. Отсюда противоречивость подросткового чувства взрослости — подросток претендует быть взрослым и в то же время знает, что уровень его притязаний далеко не во всем подтвержден и оправдан. Одной из самых важных потребностей переходного возраста становится потребность в эмансипации от контроля и опеки ро­дителей, учителей, старших вообще, а также от установленных ими правил и порядков. Как же проявляется эта возрастная тенденция (не смешивать с отношениями между поколениями!) в отношениях старшеклассников с наиболее значимыми для них конкретными взрослыми, которые являются не только старши­ми по возрасту, но и полномочными представителями общества взрослых в целом, — родителями и учителями?

пониженное самоуважение – предыдущая | следующая – се­мейные условия

Оглавление. Кон. И.С. Психология юношеского возраста.

Консультация психолога детям, подросткам и взрослым.