Яндекс.Метрика

I.Глобальный взгляд на психическую жизнь (продолжение)

4. Наследственность и среда

Раньше психология и антропология имели тенденцию переоценивать на­следственность и недооценивать влияние жизненной среды и воспитания и обратного воздействия личности на эти факторы.

В качестве иллюстрации мы хотим привести известное исследова­ние Годдара, опубликованное в 1912 году. Годдар был директором шко­лы для слабоумных и он обратил внимание на то, что ряд слабоумных детей в его школе носят ту же фамилию, что и члены уважаемой семьи из которой происходили высокоталантливые люди. Он изучал обе ро­дословные и опубликовал исследования о роде Мартина Калликака (фа­милия греческого происхождения и означает – хороший – плохой) Он проследил две ветви, общим предком которых был Мартин, сотдат вре­мен гражданской войны. Мартин вступил в связь с слабоумной девуш­кой (когда он находился на службе) и она родила ему внебрачного сына. История его потомков была следующая: из 480 потомков только 46 бы­ли нормальными, а 143 были слабоумными, среди них были 24 алкого­лика, 3 эпилептика, 3 бандита, 35 сексуально извращенных или прости­туток, 8 владельцев публичных домов и т. д.

Этот Мартин после окончания гражданской войны женился на де­вушке с нормальным интеллектом из порядочной семьи.

Из 496 потомков этой ветви – за исключением трех – все были пси­хически здоровыми и весьма способными и порядочными людьми. Годдар даже утверждает, что по имени некоторых из них были названы го­рода.

Если не принимать во внимание тот факт, что отцовство Мартина может быть спорным – налицо переоценка наследственности и недо­оценка среды и воспитания. С одной стороны атмосфера бедности, с другой стороны атмосфера благополучия, заботливого воспитания и культурной стимуляции.

Влияние среды, как решающего фактора, можно было бы также односторонне продемонстрировать хотя и на редких но убедительных случаях «волчьих детей», детей джунглей, судьбы которых были описа­ны и которые прежили то, что беллетристически так суггестивно изоб­разил в своей «Книге джунглей» Рудиард Киплинг, описав судьбу Мауг­ли.

В 1940 году А. Гезелл и в 1942 году Р. М. Цингг проанализировали сообщение индийского миссионера Дж. А. Синга, который при своем по­сещении деревни Годамури Миднапура сумел освободить из волчьего логова двух волчат и двух девочек. Волчица была убита, а оба старшие волки убежали. Младшей из девочек Амале было примерно полтора – два года, старшей девочке Камале – приблизительно 8-9 лет.

Миссионер Синг принял обеих девочек в свой сиротский дом в Миднапуре и подробно записывал данные, касающиеся их перевоспитания. Дети вели себя как зверята, передвигались на четвереньках, вылизывали пищу из миски, ворчали как волки, защищали свою пищу, оскаливали зубы. Камала покусала ребенка, попытавшегося приблизиться к ней; и еще через два года после того, как она была принята в человеческое об­щество, ухватила цыпленка челюстями и унесла его, передвигаясь на че­тырех конечностях.

Младшая Амала умерла через год, Камала умерла спустя 9 лет от уремии – ей было тогда уже 17 лет. Очень трудно она расставалась с зве­риными способами поведения и за весь период перевоспитания она вы­учила всего 100 слов и лишь после 8 лет была способна разговаривать с помощью коротких предложений. Первое слово она произнесла через 2 года после начала воспитания, через 2 следующих года она знала при­мерно 6 слов. Выпрямиться она смогла через 3 года, а первые самосто­ятельные шаги могла сделать лишь через 6 лет.

Гезелл, оценивавший развитие обеих девочек полагает, что только на 35-м году жизни она достигла бы в пределах своего развития уровня 12-летнего ребенка, а Амала этого уровня могла бы достигнуть в 17 лет. (Другие примеры «волчьих детей» мы приводить не будем).