canada goose femme pas cher Soldes Louboutin Chaussures louboutin outlet uk billig canada goose canada goose tilbud goyard pas cher longchamp bags outlet Monlcer udsalg YSL replica sac louis vuitton pas cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose Outlet UK Moncler Outlet uk hermes pas cher Bolsos Longchamp España Moncler Jakker tilbud Parajumpers Jakker tilbud Ralph Lauren Soldes Parajumpers Outlet louis vuitton replica Moncler Jas sale Billiga Canada Goose Jacka Canada Goose outlet Billiga Moncler Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Louboutin Soldes Canada Goose Pas Cher Hemers replica Doudoune Canada Goose Pas Cher prada replica Canada Goose Pas Cher Canada Goose Soldes Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose outlet Canada Goose outlet Canada Goose outlet

Психика и ее процессы. ЦНС как субстрат психики.

Глава V. СИНТЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

Итак, и современное состояние учения о центральной нервной системе как субстрате психики, и учение о со­отношениях психических и соматических процессов как единой биосоциальной сущности организма, и совре­менное состояние нашего медицинского мышления, и накопившийся клинический и ежедневный практический опыт врача, — все это приводит к необходимости пере­смотреть и углубить изучение внутреннего мира боль­ного человека. Учение об анамнезе в широком смысле этого слова должно быть поставлено на значительно высшую ступень и разработано так же тщательно, как методика объективного исследования больного. Надо, однако, с самого начала отдать себе отчет в величай­ших трудностях, стоящих перед нами на этом пути. Мы не имеем здесь того прочного базиса, на котором стро­ятся наши объективные методы исследования, и вместо законов физики, химии и биохимии, располагаем только весьма шаткими данными молодой еще науки — экспериментальной психологии.

Между тем этой стороне дела в преподавании в выс­шей медицинской школе, а также в учебниках по внут­ренним болезням уделяют очень мало внимания. Как правило, врач, расспрашивая больного и собирая анам­нез, мало руководствуется теми или иными методичес­кими предпосылками, и речь идет именно только о со­бирании субъективных жалоб, а не об изучении внут­ренней картины болезни у данного больного.

Еще большие трудности составляет, разумеется, кри­тическая оценка показаний больных. Врач при расспро­се должен считаться с психическим типом боль­ного. Если и недопустимо всецело переносить на че­ловека результаты опыта, проделанного на животном, то все же очень любопытно, что И. П. Павлов[1] , изучая экспериментальные неврозы, установил у собак три глав­ных психологических типа: нормальный в двух вариа­циях — спокойных, солидных животных и очень ожив­ленных, подвижных и два отклонения от нормы — очень сильный тип и слабый тип, причем все эти типы животных, оказывается, различно заболевают после кастра­ции и у них при этом различно изменяются условные рефлексы.

И. П. Павлов считает, что эта классификация типов нервной системы у животных совпадает с классичес­кой классификацией темпераментов человека у Гиппо­крата.

Разумеется, значительно более сложны варианты нервно-психической сферы у человека, особенно у боль­ного человека. Поэтому результаты изучения внутрен­ней картины болезни зависят здесь не только от генотипических особенностей психики больного и от корре­ляции их всей социальной жизнью его, в первую оче­редь от условий труда, но и от состояния его нервно-психической сферы в данный момент, когда речь идет одновременно о влиянии болезненного процесса на психику и о влиянии психики на течение патологического процесса. Ибо нет никакого сомнения в том, что осо­бенности психики данного больного подвергаются раз­личным изменениям, весьма лабильным уже с того мо­мента, когда pathos переходит у него в nosos когда здоровый человек превращается в больного. Именно здесь и необходимо при исследовании больного и его показаний строго учитывать его психическую реактивность и сенсибилизацию и отличать, что имеет под собой реальную почву и что является внушенным обста­новкой, врачами, другими словами, что относится к ре­альной сензитивной картине болезни, а что является артефактом, созданным самим больным, содержанием интеллектуальной части его болезни. Надо сказать, что это требует известного опыта и не всегда легко, поче­му только методический анализ и обеспечивает пра­вильное решение врача.

Всем хорошо известно из ежедневных наблюдений об изменении поведения и психики человека с того момен­та, когда он узнает о более или менее серьезной своей болезни, о необходимости подвергнуться операции, дли­тельному больничному лечению, режиму, отличающему его от здорового человека и т. д. Зибек правильно го­ворит: «Если я знаю, что у меня имеется язва желудка, я совершенно иначе ощущаю изжогу и боли в желудке, чем когда я убежден в том, что она является только результатом приема не подходящей для меня пищи». В этом отношении особенно характерны изменения психики под влиянием ознакомления больного с содержа­нием того или иного анализа мочи, крови, испражнений, рентгеновского протокола, когда больной по-своему тол­кует результаты отклонений, стоящих на границе нор­мального, например, осадок уратов, фосфатов или оксалатов в моче, яйца власоглава в испражнениях, скры­тую кровь в желудочном соке и т. д. Особенно резко меняются психика и общее самочувствие больных под влиянием недостаточно мотивированных сообщений ла­борантов, рентгенологов, а часто и лечащих врачей, сделанных вскользь, между прочим, но резко травмиру­ющих психику больных. Эти случаи и дают иатрогенные заболевания, когда серьезная nosos появля­ется при отсутствии сколько-нибудь зна­чимой pathos.

Мы не можем здесь подробно останавливаться на исключительной важности вопросов о характере боль­ного человека, что должно составить предмет отдель­ного коллективного труда психолога и клинициста. Я хочу только для освещения генеза внутренней картины бо­лезни — и сензитивной, и интеллектуальной — остано­виться на примере, который покажет, какие сложные закономерности должны существовать между болезнью, восприятием своих патологических ощущений больным и внешним их проявлением в речи и поведении больного, если учесть хотя бы один только фактор — эндокринный.

_____________________

[1] Павлов II. П. Двадцатилетний опыт изучения высшей нервной деятельности (поведения) животных. М., Медгиз, 1951, |с. 430.

влияние врача – предыдущая | следующая – ощущения больного

оглавление

консультация психолога детям, подросткам, взрослым

Яндекс.Метрика