Яндекс.Метрика

Глава V (творческий подход врача)

Едва ли когда-нибудь будет разработана схема для собирания анамнеза, которая удовлетворит вдумчивого терапевта. Что это ни к чему хорошему не ведет, учит нас богатый материал тех мертвых анкет, которые мы находим часто в историях болезни. Что лучше — предло­жить больному свободно излагать свои ощущения или непосредственно приступить к плановому расспросу его? Ни тот, ни другой метод сам по себе не приводит к цели. Лучше всего дать больному возможность сначала изло­жить свои переживания так, как он хочет и может, и получить таким образом представление о его личности и об особенностях его психического профиля, а затем уже приступить к выяснению отдельных, преимущественно ведущих симптомов болезни. Такое поведение врача сра­зу создает необходимый психологический контакт с боль­ным и доверие больного к врачу — это обязательное условие для изучения внутренней картины болезни. Ра­зумеется, каждый отдельный случай не требует использования всех приемов анализа, столь кропотливого, отнимающего так много времени; опыт врача позволит сократить и рационализировать эту работу.

В отношении методики изучения внутренней картины болезни можно идти по двум различным путям. В про­цессе расспроса врач может получить материал, являю­щийся результатом собственного внушения больному, и, таким образом, совершенно незаметно для себя получить не отображение того, что ощущает, испытывает и пере­живает больной, но то, что выхвачено из психики боль­ного врачом самой постановкой вопроса. Следовательно, на место внутренней картины болезни встает ее арте­факт, полученный воздействием врача на психику боль­ного. Другой путь, — когда врач свободное, совершенно самостоятельное изложение больным своих ощущений, разумеется, введенное в русло плановости, подвергает критическому анализу, сопоставляет его с результатами клинических исследований и путем синтеза пытается получить правильное представление о сущности и дина­мике заболевания. Для этого врач должен хорошо знать конституциональные, соматические и психические осо­бенности своего больного, другими словами, его психо­физический профиль. Мы видели выше, что уже Пэрри правильно подчеркнул необходимость именно такого под­хода к больному, советуя врачу изучать, у какого чело­века развивается болезнь.

Эти два пути творческой работы врача при его кон­такте с больным Фрейд ярко осветил своей знаменитой аналогией между работой врача и художника. Леонардо да Винчи рассматривает два метода работы художников. Одни из них идут per via di porre — путем наложения, например красок на полотно — и создают таким путем желаемый образ, другие идут per via di lavare — они снимают лишнее, отсекают, например, камень. Первый путь избирает художник, когда пишет картину, второй — скульптор, когда из бесформенной массы мрамора вы­зывает к жизни статую, воплощая в ней свой образ. Ста­вя диагноз и особенно изучая внутреннюю картину бо­лезни, врач не должен идти per via di porre; он получит тогда артефакт внутренней картины болезни и пойдет по ложному пути. Путь врача — это via di lavare, когда он из рассказа больного о внутренней картине болезни должен снять всю интеллектуальную часть ее и подвергнуть критическому анализу сензитивную ее часть. Таким образом он получит проверенный материал для сопоставления внутренней кар­тины с данными клинического исследования и сможет составить синтетический диагноз, где представле­ние о болезни будет гармонично слито с представлением о больном, о его психофизическом профиле.

Самое восприятие и осознание внутренней картины, умение создать из нее путем сопоставления с остальными методами изучения организма больного синтетический диагноз требует, разумеется, от врача большой теоретической подготовки, глубоких знаний, умения владеть техникой, общего образования, но оно также требует от него большой чуткости в отношении к боль­ному. Врач должен воспитать в себе умение наблюдать больного человека и наблюдать его именно так, как учил этому еще Гиппократ, т. е. учитывать не только грубые, бросающиеся в глаза факты, но также и мель­чайшие симптомы, отличающие больного человека от здорового. Именно эти ничтожные отклонения, начиная с самого изложения больным своей внутренней картины болезни, выражение его лица, мимику, его походку, все поведение больного врач должен уметь и воспринять, и оценить наряду с результатами тончайшего физико-хи­мического исследования крови, отделений и выделений больного, рентгенограммы и электрокардиограммы. И ес­ли прежде именно эта способность врача воспринимать тонко впечатления, получаемые от анализа больного, и составляла врачебное искусство, то теперь под эти осо­бенности личности врача должны быть подведены строго научные обоснования, — дающие возможность воспиты­вать кадры современных терапевтов, которым наша эпо­ха ставит свои новые и сложные задачи.

И так же, как для всякой профессии, например, для авиатора, требуются определенные качества, определен­ный психофизический профиль, так и для врача необхо­димой предпосылкой являются некоторые особенности восприятия, определяющие, наряду со специальными зна­ниями, и его творческую работу, если врач хочет стоять на уровне современного терапевта.

Именно это хотел подчеркнуть Зигерист, когда гово­рил: «Хороший врач в Египте 4000 лет назад, хороший врач в Греции и хороший современный врач меньше отличаются друг от друга, чем мы вправе ожи­дать, принимая во внимание научные обоснования вра­чебной деятельности в эти далекие различные эпохи». Хорошим врачом и, в частности, хорошим терапевтом на­до считать, разумеется, того, кто, обладая большой на­блюдательностью, опытом и умением понимать больного человека, соединяет эти качества с умением применять на практике достижения современной медицины.

Психологический контакт между врачом и больным является, как мы видели, необходимой предпосылкой для изучения внутренней картины болезни. Для советского врача здесь открывается особенно большое и исключи­тельно благодарное поле для творчества, так как он ра­ботает в новых условиях, неведомых в капиталистических странах. Не надо забывать, что между больным и вра­чом в нашей стране не стоит уже больше бронированная стена классовых противоречий. Классовая общность ин­тересов врача и больного, одинаковое классовое пони­мание как тем, так и другим окружающей обстановки, и вместе с тем гарантия для больного, что советский врач не является представителем угнетающего его класса и не имеет никаких других интересов, кроме заботы о здоровье трудящегося как строителя новой жизни, все это создает советскому врачу исключительно благоприят­ную психологическую обстановку для изучения внутрен­ней картины болезни, обстановку, не существующую нигде в мире, кроме нашей страны.

 

личность врача – предыдущая | следующая – иатрогенные заболевания

оглавление

консультация психолога детям, подросткам, взрослым