Яндекс.Метрика

Психология речи (продолжение)

Слово, взятое в отдельности, имеет не более одного значения, но потенциально в нем существует много значений, которые реализуются и уточняются в живой речи человека. Реальное употребление слова поэтому всегда является процессом выбора нужного значения из целой системы всплывающих альтернатив с выделением одних и торможением других связей (Лурия, 1969, 1975). Л. С. Выготский пишет, что «реальное значение слова не константно. В одной операции слово выступает с одним значением, в другой оно приобретает другое значение» (Выготский, 1956. С. 369). Смысл слова является второй составляющей семантики слова. Под смыслом, в отличие от значения слова, понимается его индивидуальное значение, которое приобретает слово для человека в каждой конкретной ситуации.

А. Н. Леонтьев отмечал, что «значение представляет собой отражение действительности независимо от индивидуального личного отношения к ней человека» (Леонтьев, 1972. С. 290). Значение слова существует реально и осознается человеком в определенной деятельности, и в ней же слово приобретает смысл, т. е. субъективное для человека значение. Смысл изначально социален и выступает в роли фиксатора социального опыта. Например, профессиональный опыт — это устойчивый общественный опыт, поэтому ясно, что люди разных профессий употребляют одно и то же слово в разных значениях-смыслах. А. Н. Леонтьев писал, что «смыслу нельзя обучить, смысл — воспитывается», и он порождается не значением слова, а самой жизнью (Леонтьев, 1972. С. 292).

Важно отметить еще одно свойство смысла, о котором писал Л. С. Выготский. Это связь смысла со всем словом в целом, но не с каждым его звуком, точно так же как смысл фразы связан со всей фразой в целом, а не с отдельными ее словами.

Смысл слова зависит от всей совокупности знаний человека, его жизненного и эмоционального опыта, его личностных качеств. Поэтому смысл слова более подвижен, чем значение, динамичен и, по сути дела, неисчерпаем. Однако предпосылкой взаимопонимания людей является значение слова, поскольку оно является обобщенным отражением предметного объективного содержания явлений, оно фиксируется в системе языка и благодаря этому приобретает устойчивость.

Значение слова нельзя отрывать от звуковой стороны слова, как это было характерно для классической лингвистики. Звуки являются материальными носителями нематериального значения слова. А. А. Потебня писал по этому поводу, что «всякое слово как звуковой знак значения основано на сочетании звука и значения» {Потебня, 1905. С. 203).

Носителем значения всегда служит чувственный образ, материальный носитель слова — моторный, звуковой, графический. У взрослого носителя языка материальный носитель как бы стушевывается (но не исчезает) и почти не осознается, а на переднем плане всегда содержание слова, его значение. И только в некоторых случаях — в поэзии, при обучении языку (когда слово становится предметом действия) и при некоторых формах афазии слово как бы обессмысливается, утрачивает значение, и наоборот, начинает осознаваться его материальный носитель. Известно, что при разных формах афазии нарушаются разные материальные носители значения слова. Положение о материальных носителях слова в современной психологии речи позволяет понять механизм нарушения значения слов при афазии.

Знание и правильное понимание семантики слова, таких его составляющих, как значение и смысл, является важным средством и сильным орудием в руках афазиолога при изучении и преодолении афазии. В афазии недостаточно констатировать нарушение понимания слов, наличие вербальных парафазии и парагнозии, как это принято нередко в практике, необходимо точно установить что нарушается — понимание значения или понимание смысла слов — и что остается сохранным. Важно учитывать такую характеристику смысла, как его индивидуальность и связь с личностью, подвижность и многообразие смысла слова, с одной стороны, и устойчивость значения слова, его релевантность всему обществу, говорящему на данном языке, с другой стороны; эти знания позволят углубить наши представления о механизмах нарушения речи при афазии, позволят найти нужные методы преодоления дефекта речи. Благодаря значению (word meaning), которое несут в себе слова, речь приобретает еще одну важную, четвертую — когнитивную, познавательную — функцию. Далее, значение слова, его смысл могли появиться только благодаря и вследствие предметной отнесенности слова, являющейся важнейшей характеристикой слова и третьей составляющей его семантики.

Слово замещает вещи — предметы, объекты, явления, оно представляет их, обозначая сам предмет или его свойства, признаки, качества. Предметная отнесенность слова лежит в основе пятой — номинативной — функции речи. С. Л. Рубинштейн писал, что слово, являясь отражением предмета, связано с ним внутренней связью по общности содержания. Эта связь опосредована через обобщенное содержание слова — через понятие или образ. Нельзя расчленять значение слова и его предметную отнесенность — они взаимосвязаны. Это два последовательных звена в процессе употребления слова (Рубинштейн, 1946). Эта функция речи более, чем другие ее стороны, связана с чувственной основой слова. Номинативная функция речи, считал Л. С. Выготский, не есть семасиологическая, осмысливающая. «Слово выполняет здесь функцию номинативную, указывающую. Оно указывает на вещь. Другими словами, слово является здесь не знаком некоторого смысла, с которым оно связано в мышлении, а знаком чувственно данной вещи…» (Выготский, 1956. С. 194).

Речь и афазия. Психология речи (продолжение) – предыдущая/ следующая – Психология речи (продолжение)