canada goose femme pas cher Soldes Louboutin Chaussures louboutin outlet uk billig canada goose canada goose tilbud goyard pas cher longchamp bags outlet Monlcer udsalg YSL replica sac louis vuitton pas cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose Outlet UK Moncler Outlet uk hermes pas cher Bolsos Longchamp España Moncler Jakker tilbud Parajumpers Jakker tilbud Ralph Lauren Soldes Parajumpers Outlet louis vuitton replica Moncler Jas sale Billiga Canada Goose Jacka Canada Goose outlet Billiga Moncler Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Louboutin Soldes Canada Goose Pas Cher Hemers replica Doudoune Canada Goose Pas Cher prada replica Canada Goose Pas Cher Canada Goose Soldes Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose outlet Canada Goose outlet Canada Goose outlet

Семиология как наука. Семиология в представлении Ф. де Соссюра.

Психолингвистические проблемы речевого мышления (продолжение)

Опираясь на данные нейрофизиологов В. Пенфильда и Л. Робертса относительно автономности блоков памяти понятий и блока памяти слов, С. Д. Кацнельсон нашел, что «явления омофонии лексических значений и омосемии лексем, широко известные под традиционными именами омонимии, полисемии и синонимии, прямо указывают на относительную автоном­ность семантического и лексического компонентов». Эта от­носительная автономность подтверждается также эксперимен­тальным доказательством наличия разных типов (образного и абстрактно-знакового) мышления; важно, однако, отметить сле­дующее положение, к которому приходит С. Д. Кацнельсон: «Как бы сложны и разнообразны ни были способы хранения знаний в нашем уме, в их основе всегда лежат различного рода предметно-содержательные связи» [Кацнель­сон 1976, 111—112]. Речь, стало быть, не идет только о возмож­ных вариациях памяти и мышления у разных людей. Речь идет главным образом о естественной причине указанной выше отно­сительной автономности планов выражения и содержания, о ра­ботающем механизме речи, в котором реально выявляются про­тиворечивость, двусторонность объекта, наделенного качествами как вербальности, так и невербальности. Полное описание такого объекта невозможно без применения принципа дополнитель­ности.

«Когда семиология сложится как наука, — писал Ф. де Сос- сюр, — она должна будет поставить вопрос, относятся ли к ее компетенции способы выражения, покоящиеся на знаках, в пол­ной мере «естественных», как, например, пантомима». И далее: «Но даже если семиология включит их в число своих объектов, все же главным предметом ее рассмотрения останется совокуп­ность систем, основанных на произвольности знака» [Соссюр 1977, 101]. Развитие семиотики (или семиологии — как предпо­читал писать и говорить Ф. де Соссюр) показало, что невозмож­но обойтись без «естественных» знаковых систем, без рассмот­рения мотивированных (в разных планах и в разной степени) средств общения — не только потому, что они продолжают ак­тивно жить и развиваться (наряду и вместе с системами «про­извольных» знаков), но и потому, что статическое описание ре­чевой деятельности невозможно, описание языка в статике не­полноценно, а в процессе речи и в генезисе как таковом есте­ственные (включая невербальные) системы общения играли и играют, несомненно, весьма важную роль. По существу семио­тика благодаря зоопсихологии и антропологии рождает или уже породила в своих недрах эволюционный аспект. Знаковые сис­темы мы обязаны рассматривать в широком «диапазоне знако­вости» (по Ю. С. Степанову), где гораздо плодотворнее не де­ление на «знак/не-знак», а установление иерархии знаков по степени выявленной сущности «знаковости» и по соотношению с рядом условий знаковых ситуаций. И в семиологическом плане, как видим, принцип дополнительности обещает свои перспекти­вы. В связи с проблемой эволюции знаковой деятельности име­ет смысл с точки зрения принципа дополнительности пересмот­реть отношение и к вопросу о происхождении языка: нет ника­ких причин отказывать всем известным (кроме мифологической, разумеется) гипотезам о происхождении языков в правомерно­сти, в теоретической допустимости. Но наиболее вероятный (до­стоверный) результат мы получим в том случае, если примем все известные гипотезы в комплексе, сопоставив умозрительные предположения с наблюдениями за развитием речи в онтогене­зе; здесь выражены все компоненты, без всякого исключения, соотносимые именно со всеми гипотезами — будь то «теория жестов», «трудовых выкриков», «междометная теория» или «теория звукоподражаний». Эти теории явно находятся в отно­шениях дополнительности друг к другу. Невербальные компо­ненты собственно коммуникативной деятельности на участке передачи сообщения проявляют себя как рудименты древнейше­го способа общения, что еще раз убеждает нас в необходимо­сти рассмотрения как синхронического, так и диахронического аспектов речевой деятельности — согласно принципу дополни­тельности.

Нет ни одной серьезной работы в области кибернетики, где бы не подчеркивалась самая острая необходимость в исследованиях сущности речевой коммуникации, которая, как мы ста­рались показать, далеко не исчерпывается «механизмами язы­ка». Психолингвистический подход, на наш взгляд, обладает по самому определению возможностями (в духе принципа до­полнительности) для достоверного описания указанного объ­екта.

Коммуникативные сегменты – предыдущая | следующая – Речемыслительная деятельность

Исследование речевого мышления в психолингвистике

Консультация психолога при личных проблемах

Яндекс.Метрика