Яндекс.Метрика

Синдром патологических увлечений ( «патологические хобби») (продолжение)

Патологические увлечения, оказываясь в центре духовной жизни подростка, малодоступные критической оценке, напоминают сверхценные идеи. Их даже иногда объединяют с ними общим понятием «сверхценные образования» [Леденев Б. А., 1977]. В. В. Ковалев (1979) при описании синдрома «односторонних интересов и увлечений» разделил их на активные и пассивные. К массивному увлечению он относит метафизическую интоксика­цию. Именно в активности, с нашей точки зрения, существенное различие между патологическими увлечениями и сверхценными идеями. Отличие синдрома патологических увлечений от синдрома метафизической интоксикации состоит в том, что при увлечениях деятельность, а не мечтания, фантазии и размышления выступает на первый план.

Отличие патологических увлечений от обычных подростковых хобби определяется наличием хотя бы одной из следующих особенностей.

1)   Крайняя интенсивность увлечения, одержимость им. Во имя одного какого-либо увлечения забрасывается все — и учеба, и работа, и обязанности, и обычные развлечения. В жертву ему приносятся отдых, сон, благополучие свое и своих близких. Могут совершаться проступки, даже криминальные действия (например, кража уникальных предметов для пополнения собираемой коллекции), совсем не свойственные личности под­ростка и которые он никогда бы не совершил, если бы они не были связаны с увлечением.

Эта черта патологических увлечений может наблюдаться как при психопатиях, так и при психопатоподобной шизофрении.

2)   Необычность и вычурность увлечений. Речь идет не просто об изысканности предмета увлечения, что встречается при шизоидной акцентуации (например, изучение древнеславянского языка, кол­лекция перьев и авторучек от старинных до ультрамодных). Здесь, в патологических случаях, необычность предмета увлечения уходит далеко за рамки психологически понятного («странные увлечения», по Р. А. Наджарову). Примером может послужить коллекция образчиков испражнений разных видов животных — от выделений маленьких рыбок до фекалий слона.

Эта черта патологических увлечений бывает присуща психо­патоподобной шизофрении.

3)   Непродуктивность увлечений. Несмотря на то, что увлечению отдается масса времени, ничего не достигается, ничего не создает­ся и ничего не приобретается. Знания в избранной области остают­ся крайне поверхностными и сумбурными. Вся деятельность оставляет впечатление машины, работающей на холостом ходу.

Например, подросток, увлекающийся «планированием городов», вычерчивает сотни примитивных схем, стереотипно повторяющих одна другую, но ничего о планировании городов он никогда не читал, кроме туристской схемы своего города, ничего не видел.

Эта черта патологических увлечений также характерна для психопатоподобной шизофрении.

 

Синдром транзиторных сексуальных девиаций

Истинные и ложные перверзии. Как известно, сексуальные перверзии — это стойкие патологические извращения полового влечения, касающиеся объекта его направленности (тот же пол, животные, дети) или способа его удовлетворения. К сексуальным девиациям относят отклонения от общепринятых форм полового поведения, не являющиеся патологическими.

Перверзии принято разделять на истинные и ложные. К истин­ным относят случаи, где извращенный способ удовлетворения влечения является единственно приемлемым или наиболее пред­почтительным. При ложных перверзиях извращенный способ используется только в определенных ситуациях, например, когда нормальное половое сношение неосуществимо. В более строгом смысле слова, истинные перверзии могут быть ограничены лишь теми случаями, где нормальная половая жизнь совершенно непри­емлема и перверзный путь является единственно возможным для удовлетворения полового влечения. Таким образом, границы между истинными и ложными перверзиями определены неточно.

Транзиториыс сексуальные девиации у подростков. Эти отклонения в сексуальном поведении внешне могут выглядеть как перверзии, но всегда бывают не только ситуативно обусловлен­ными, но и вообще преходящими — по миновании подросткового возраста и с началом нормальной половой жизни они исчезают. С нашей точки зрения, эти девиации не следует относить не только к истинным, но даже к ложным перверзиям,— последние на протяжении жизни часто рецидивируют. Лишь в некоторых неблагоприятных случаях, становясь дурной привычкой, сексуаль­ные девиации, начавшись в подростковом возрасте, могут сохра­няться, наряду с нормальной половой жизнью, или возобновляться при ее вынужденном прерывании, т. е. переходить в ложные пер­верзии.

Сексуальные девиации в подростковом возрасте могут быть эпизодическим явлением, не требующим врачебного вмешатель­ства. Они же, как и перверзии, могут быть одним из проявлений нарушения поведения при психопатиях или одним из симптомов в картине психического заболевания.

Синдром транзиторных сексуальных девиаций в подростковом возрасте следует диагностировать лишь тогда, когда эти девиации, с одной стороны, оказываются достаточно продолжительными, соответствующие поступки не случайными, а с другой стороны — среди нарушений поведения становятся преобладающими или вообще оказываются единственным отклонением. Чаще всего данный синдром наблюдается как одна из форм патохарактерологических реакций на фоне акцентуаций характера, а также при психопатиях.

Истинные перверзии довольно часто впервые также начинают проявляться в подростковом возрасте. Поэтому при обнаружении у подростка нарушений сексуального поведения нередко встает вопрос о дифференциальном диагнозе между транзиторной сексуальной девиацией и формирующейся перверзией. Диф­ференциально-диагностические критерии несколько отличны при разных видах девиаций.

метафизическая интоксикация – предыдущая | следующая – онанизм

Подростковая психиатрия. Содержание.