Яндекс.Метрика

Личность в условиях хронического соматического заболевания (продолжение)

Понятие, близкое по психологической сущности понятию “мотивационное поле” было введено в свое время также Н.А.Бернштейном (1966) при анализе живого движения. Это “моторное поле”. Конечно, сложная архитектоника живого движения все же не идет ни в какое сравнение с теми проблемами, запутанными жизненными отношениями, конфликтами и т.д., в условиях которых разворачивается и воплощается в жизнь человеческий — личностный поступок. Тем более впечатляющее значение могут иметь идеи Н.А.Бернштейна, получившие плодотворное развитие в работах отечественных психологов (Гордеева, Зинченко, Девишвили, 1975; Гордеева, Зинченко, 1982; Запорожец А.В., 1986; и многие другие). Движение, как утверждает Н.А.Бернштейн — активный поиск, направленный на решение двигательной задачи; оно осуществляется во внешнем пространстве, но имеет и собственное внутреннее пространство, включающее когнитивные и эмоционально-оценочные компоненты. Вся “совокупность свойств моторики в ее взаимоотношениях с внешним пространством” (цит. по: Запорожец А.В., 1986. С. 147) и составляет моторное поле. Последнее строится посредством поисковых пробующих движений, зондирующих пространство во всех направлениях” (там же). Таким образом, даже относительно более простые формы психической активности предполагают, с одной стороны овладение внешними условиями предметного пространства, собственными возможностями, их соотнесением не только в пространстве, но и во времени. Это последнее обстоятельство — модель будущего или “потребного будущего” по Н.А.Вернштейну — основа решения двигательной задачи. А.В.Запорожец замечает в этой связи: “… В живом движении присутствуют как бытийные характеристики, так и характеристики, которые принято называть собственно психологическими, субъективными. Иными словами, в нем в неразвитой и поэтому трудно расчленимой форме присутствуют значение и смысл” (там же. С. 150).

Можно предположить в этой связи, что в такой сложной форме активности, каковой является деятельность личности в социальном пространстве, сочетание подобных бытийных и субъективных характеристик выступает в еще более настоятельной, сложной и многозвенной форме.

Обратимся к еще одному понятию, введенному в психологическую литературу Ф.Е.Василюком (1984). Это понятие “жизненный мир”. Окружающий человека мир, как справедливо заключает Ф.Е.Василюк, “оставаясь объективным и материальным, не есть, однако, физический мир, т.е. мир, как он предстает перед наукой физикой, изучающей взаимодействие вещей, это — жизненный мир” (Василюк Ф.Е., 1984. С.86). Человек, да и любое живое существо, “изначально вживлено в этот мир, связано с ним материальной пуповиной своей жизнедеятельности” (там же). Выделяя внешний и внутренний аспекты жизненного мира, представляя теоретически сконструированную типологию жизненных миров, исследователь последовательно проводит мысль о единстве и нерасторжимости связи человека с его сложной внутренней организацией (сопряженностью, связанностью отдельных “единиц жизни”) и мира, “видимого сквозь призму его жизни и деятельности” (там же. С.92). Утверждается динамизм этого особого образования, его возможная гибкость и подверженность развитию. Последнее осуществляется по инициативе самого субъекта жизни, человека.

Наконец, в контексте обсуждаемой темы невозможно не остановиться на активно ведущихся в последние годы исследованиях по психологии образа (Смирнов С.Д., 1985). Ряд положений, убедительно аргументированных в этих исследованиях, привлекают наше внимание. Прежде всего, обращает на себя внимание мысль о том, что “любой образ есть не что иное, как элемент образа мира” (Смирнов С.Д., 1985. С.145); образ мира есть целостность, которая не составляет простую сумму образов отдельных явлений, “а с самого начала развивается и функционирует как некоторое целое” (там же. С. 144). В генетическом плане образ мира имеет социальную деятельностную природу; он рождается в “ходе освоения и развития деятельности и общения” (там же. С. 149). Функциональное значение образа мира, как утверждается в данном исследовании, состоит в том, что он “предшествует актуальной стимуляции”. “Образ мира генерирует познавательные гипотезы не только в ответ на познавательную задачу, а постоянно” (там же. С. 145), благодаря чему непрерывно происходит движение от “субъекта на мир”.

Принципиальное значение имеет утверждение о том, что “любой самый простой познавательный акт, завершающийся построением образа, начинается по инициативе субъекта, т.е. имеет в качестве первого звена процесс, детерминированный внутренней самообусловленностью субъекта” (там же. С.164). Благодаря овладению системой значений, субъект получает возможность отражения скрытых “глубоких, существенных характеристик мира”, образующих его “ядерные структуры” (там же. С.149). В частности, к числу последних относится и отражение “узлов деятельностей в форме значений, узлов биодинамической ткани движения, отражаемых в темном мышечном чувстве” (там же). Следовательно, являясь продуктом деятельности, образ мира, в свою очередь, обнаруживает “инициирующие и регулирующие” влияния на нее. Последнее возможно только в том случае, если “психика выполняет активную роль на всех этапах развития системы “деятельность — образ” (там же. С. 168). Изучение активного “вклада” эмоций, мотивов, установок в познавательную деятельность человека предполагает раскрытие сущности их опосредствованного активирующего влияния — “через модификацию целостного образа мира” (там же. С.210).

Социальная ситуация развития – предыдущая | следующая – Анализ процесса развития

Особенности личности при пограничных расстройствах и соматических заболеваниях

Консультация психолога при личных проблемах