canada goose femme pas cher Soldes Louboutin Chaussures louboutin outlet uk billig canada goose canada goose tilbud goyard pas cher longchamp bags outlet Monlcer udsalg YSL replica sac louis vuitton pas cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose Outlet UK Moncler Outlet uk hermes pas cher Bolsos Longchamp España Moncler Jakker tilbud Parajumpers Jakker tilbud Ralph Lauren Soldes Parajumpers Outlet louis vuitton replica Moncler Jas sale Billiga Canada Goose Jacka Canada Goose outlet Billiga Moncler Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Louboutin Soldes Canada Goose Pas Cher Hemers replica Doudoune Canada Goose Pas Cher prada replica Canada Goose Pas Cher Canada Goose Soldes Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose outlet Canada Goose outlet Canada Goose outlet

Исследования - существенная часть понимания больного. Методика исследования.

Глава II (методика исследования больного)

Это и привело к тому, что с бурным и весьма плодо­творным развитием медицины на прочной базе химии, физики и биологии личность больного человека отошла понемногу на задний план и целый ряд поколений вра­чей, за исключением небольшого числа выдающихся клинических школ (у нас Г. А. Захарьина, Ф. Г. Янов­ского), воспитывался в духе если не пренебрежения к субъективным жалобам больного, то во всяком случае не в направлении методического планового исследова­ния их как весьма существенной части понимания боль­ного. Что это обстоит именно так, лучше всего свиде­тельствуют даже новейшие руководства по внутренним болезням, где методике исследования больного отво­дится ничтожно мало места и много страниц посвя­щается именно лабораторным методам, часто уже давно отвергнутым пробам и константам, не оправдавшимся в клинике и особенно во врачебной практике. Надо ли удивляться после этого, что молодые и даже не совсем уже молодые врачи не только не знакомы с методичес­ким изучением субъективной части болезни, но нередко ограничиваются только формальным расспросом боль­ного, теряя подчас особенно ценные для постановки диагноза данные.

Между тем современное медицинское мышление, когда на место локалистического и грубо морфологи­ческого понимания болезненного процесса встало антропопатологнческое и когда клиника строится на началах функциональной патологии, подробное и методическое изучение жалоб больного отнюдь не является эмпири­ческим методом, а все больше и больше получает стро­го научное обоснование и ничуть не меньшее, чем мето­ды «объективного» изучения.

В настоящее время потерял, разумеется, свою остро­ту исторический спор между московской — захарьинской и петербургской — боткинской терапевтическими школами, знаменитый спор, в котором немалое место занимает вопрос о наиболее целесообразной методике исследования больного человека. Этот спор во многом отражает различные точки зрения представителей эм­пирической гиппократовской медицины, с одной стороны, и последовательной рациональной, «объективной» клиники — с другой.

Для молодых терапевтов, к сожалению, мало читаю­щих творения наших великих классиков клиники, дадим хотя бы очень краткую характеристику этого этапа раз­вития медицины в России.

Г. А. Захарьин, как известно, оставил образцы вели­колепного субъективного исследования больного, методи­ческого и строго планового, касающегося не только отдельных ощущений больного, но и мельчайших деталей условий жизни, труда и быта человека и его семьи. Не отрицая, разумеется, ни в какой мере значения субъек­тивных жалоб больного, С. П. Боткин считал, что для на­чинающего врача это стоит на втором плане, первое же место занимает накопление строго проверенных объективных фактов в результате изучения больного всеми доступными для врача физическими и лабораторными методами исследования. Чтобы задавать больному воп­росы, необходимо иметь определенное представление о его болезни, а это сопоставление появляется в результа­те накопления строго проверенных объективных фактов. Вот почему С. П. Боткин и настаивал на примате объективного исследования. В этом отношении С. П. Бот­кин четко отразил философию эпохи рационализма в медицине.

Таким образом, свое первое и важнейшее представ­ление о больном врач получает не от психологического контакта с ним, не от внимательного и методического усвоения его ощущений и жалоб, а от суммы «объектив­ных» данных, в котором он должен искать и найти оп­равдание этих ощущений и жалоб.

Метафизические представления о духе, господство­вавшие до половины прошлого столетия и не изжитые еще до сих пор некоторыми философскими школами, были совершенно несовместимы, конечно, с медици­ной — наукой позитивной.

И совершенно естественно, что до тех пор, пока проб­лема духа изучалась отдельно от проблемы материаль­ного своего субстрата, врачу нечего было делать с ме­тафизической теорией познания и умозрительной пси­хологией. Такой психологии не могло быть места в цикле точных естественных наук — незыблемом фунда­менте нашего медицинского мышления. Но проблема соматического и психического в наше время рассматри­вается, как известно, уже совершенно в другом аспекте. Гигантскими шагами движется изучение работы боль­ших полушарий головного мозга. И если, как это под­черкивает И. П. Павлов, «необходимо проявить вели­чайшую сдержанность при переносе только что впер­вые получаемых точных естественно-научных сведений о высшей нервной деятельности животных на высшую деятельность человека»  то все же можно определенно сказать, что проблему психики нельзя боль­ше отделять от проблемы соматики.

«Наступает и наступит, осуществится естественное и неизбежное сближение и, наконец, слитие психологиче­ского с физиологическим, субъективного с объектив­ным, — говорит И. П. Павлов. — Решится фактиче­ски вопрос, так долго тревоживший мысль, и всякое способствование слитию есть большая задача ближай­шего будущего науки»[1].

Кроме величайших завоеваний физиологии, во главе которых стоят работы И. П. Павлова и его школы (Л. Л. Орбели, И. П. Разенков, К. М. Быков и др.), об интимной связи между психикой и самыми раз­нообразными соматическими процессами говорит так­же большое количество экспериментальных и клиничес­ких наблюдений последнего десятилетия. Нет решитель­но никакой возможности изложить здесь этот огромный материал, увеличивающийся с каждым днем и в насто­ящее время вполне достаточный для того, чтобы убе­диться в неделимости психических и соматических про­цессов в нашем организме. Остановимся кратко только на отдельных фактах.

Уже давно было известно влияние физиологических процессов организма на психику у нормального челове­ка. Мы хорошо знаем и отдаем себе отчет о влиянии соматических заболеваний на душевное состояние, ког­да иногда ничтожное само по себе и неопасное заболе­вание, скажем, fissura ani, воспаление ногтевого ложа, зубная боль, резко изменяет нашу психику, лишает нас трудоспособности и радости жизни.



[1] Павлов И. II. Двадцатилетний опыт объективного изуче­ния высшей нервной деятельности (поведения) животных. Мм Мед- гиз, 1951, с. 342.

 

субъективное состояние больного – предыдущая | следующая – влияние соматики на психику

оглавление

консультация психолога детям, подросткам, взрослым

Яндекс.Метрика