canada goose femme pas cher Soldes Louboutin Chaussures louboutin outlet uk billig canada goose canada goose tilbud goyard pas cher longchamp bags outlet Monlcer udsalg YSL replica sac louis vuitton pas cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose Outlet UK Moncler Outlet uk hermes pas cher Bolsos Longchamp España Moncler Jakker tilbud Parajumpers Jakker tilbud Ralph Lauren Soldes Parajumpers Outlet louis vuitton replica Moncler Jas sale Billiga Canada Goose Jacka Canada Goose outlet Billiga Moncler Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Louboutin Soldes Canada Goose Pas Cher Hemers replica Doudoune Canada Goose Pas Cher prada replica Canada Goose Pas Cher Canada Goose Soldes Doudoune Canada Goose Pas Cher Canada Goose Pas Cher Canada Goose outlet Canada Goose outlet Canada Goose outlet

Концепция Ж. Пиаже. Анализ интеллекта в теории Ж. Пиаже.

Психолингвистические проблемы речевого мышления (продолжение)

Среди современных психологических теорий мышления осо­бое место принадлежит концепции Ж. Пиаже. Заслуга Ж. Пиаже состоит в обосновании генетического подхода к анализу интеллекта (мышления) и рассмотрении его как системы операций, производных от предметных действий [Лекторский, Са­довский 1966]. Проблема взаимоотношения языка и мышления не является центральной в теории Ж. Пиаже, что тем не менее нисколько не умаляет того вклада, который он сделал в ее раз­работку.

В своих исследованиях генезиса интеллекта и его взаимоот­ношения с другими психическими функциями Ж. Пиаже экспериментально показал производность мыслительных структур от внешних предметных действий. Анализ становления интеллекта Ж. Пиаже начинает с элементарных сенсомоторных действий, которые по мере своего усложнения приводят к образованию новой формы интеллекта, связанной с представлением, потом к конкретно-операциональному мышлению и лишь затем к спо­собности осуществлять формальные операции. Мы не будем подробно останавливаться на анализе взглядов Ж. Пиаже по поводу стадий генезиса интеллекта[1], остановимся лишь на его представлении о взаимоотношении языка и мышления.

Ж. Пиаже показал, что появление языка у ребенка подготав­ливается развитием сенсомоторного интеллекта, который прохо­дит несколько стадий. На первой стадии, которую Пиаже назы­вает стадией сенсомоторной логики, сенсомоторный интеллект содержит в себе некоторую логику — логику действий, способ­ность к генерализации действий, что, по мнению Ж. Пиаже, свидетельствует о начале логической генерализации, или мыш­ления (интеллекта), т. е. «основным феноменом на уровне этой логики действий является ассимиляция; ассимиляцией я назы­ваю интеграцию новых объектов или новых ситуаций и событий в предшествующие схемы» [Piaget 1979, 247]. Результатом ге­нерализации действий являются схемы, которые представляют собой своего рода понятия или концепты, но концепты практи­ческие. Эти концепты еще не имеют объема (extension) в пол­ном логическом смысле этого термина, а это значит, что когда ребенок, например, «узнает висящий предмет — это опознание, но у него нет средства представить себе совокупность висящих предметов» [Там же].

Переход от логики действий к концептуальной логике, под которой Ж. Пиаже понимает такую логику, «которая предполагает представление и мышление и, следовательно, концепты с экстенсионалом, а не только с содержанием (интенсионалом)» [Там же, 248]. Этот переход совершается на основе преобразо­вания ассимиляции — основного феномена на уровне сенсомо- торной логики. Если на первом этапе ассимиляция заключалась в интеграции объекта в схему действия (например, этот пред­мет может быть схвачен, другой предмет также может быть схвачен и т. д., т. е. все объекты хватания ассимилированы, включены в схему действия — действия хватания), то на этапе концептуальной логики ассимиляция осуществляется между объектами, к которым может быть применима данная схема действия, т. е. ассимилируются объекты. «…Новая форма асси­миляции, которая вскоре возникнет и сделает возможной кон­цептуальную логику, — это ассимиляция между предметами, а не только между предметами и схемой действия; иначе говоря, одни предметы будут ассимилироваться другими, что и обусло­вит возникновение экстенсионала» [Там же]. Но такая операция необходимо предполагает наличие воспроизведения в памяти, т. е. способность мыслить некоторую вещь, которая не воспри­нимается непосредственно. Именно в этот момент и возникает символическая, или семиотическая, функция, которая форми­руется в течение второго года жизни ребенка. А представление, возникающее на этой стадии развития сенсомоторного интел­лекта, есть не что иное, как интериоризованная имитация, под которой Ж. Пиаже понимает имитацию ребенком, например, не жестов какого-то взрослого человека из его окружения, а неко­торого объекта, т. е. копию в жестах некоторых характеристик этого объекта. «И я утверждаю,— пишет Ж. Пиаже,— что мен­тальный образ вначале не что иное, как интериоризованная имитация, порождающая затем представление» [Piaget 1979, 249].

Язык же, по представлению Ж. Пиаже, возникает на базе семиотической функции, но является лишь частным ее случаем и случаем, весьма ограниченным во всей совокупности проявле­ний символической функции.

Гипотеза Ж. Пиаже состоит в том, что «условия возникнове­ния языка составляют часть более широкой совокупности (условий), подготовленной различными стадиями развития сенсомо- торного интеллекта» [Там же, 250]. Таким образом, для Ж. Пиа­же, также как и для Л. С. Выготского, мышление и речь имеют генетически различные корни и до определенного момента раз­виваются самостоятельно, хотя в возрасте примерно двух лет мышление ребенка начинает опосредоваться и знаками языка. Пиаже пишет: «Я считаю, что мышление — это область, совер­шенно отличная от языка, хотя язык и используется для выра­жения мысли и для большей части мышления нам совершенно необходимо посредничество языка» [Piaget 1979i, 102].

По мнению Ж. Пиаже, «семиотическая же функция появля­ется тогда, когда означающие дифференцируются от означаемых и могут соответствовать множеству этих последних» [Pia­get 19792, 58].

Суть символической функции состоит в дифференциа­ции означающих (знаки или символы) и означаемых (объ­екты или события). По мнению Ж. Пиаже, единственное озна­чающее, которое существует на уровне сенсомоторной логики,— это признак или сигнал, которые в действительности являются лишь частью или аспектом означаемого, а не его представителями (как символ или знак), позволяющими осуществить вос­произведение в памяти объекта или события, которые непосред­ственно не воспринимаются в данный момент, т. е. они управля­ют означаемым как часть целым или средство целью. Суть же символической функции, как уже было указано, состоит, по мне­нию Ж. Пиаже, в том, чтобы «отдифференцировать означаю­щие от означаемых таким образом, чтобы первые могли позво­лить воспроизвести представление вторых» [Piaget 1954, 54]. Именно на основе этого Ж. Пиаже и приходит к выводу, что мышление предшествует языку, поскольку язык является лишь частным случаем символической функции и поскольку индивидуальный символ проще, чем коллективный знак. Но, появив­шись, язык оказывает несомненно сильное влияние на мышление, перестраивая его [Там же, 53].

Мы проследили, как, по мнению Ж. Пиаже, сенсомоторный интеллект подготовил возникновение семиотической функции, на базе которой возник язык. Но прежде чем мы перейдем к анализу взглядов Ж. Пиаже на соотношение языка и мышления на более поздних стадиях развития ребенка, остановимся на лю­бопытной дискуссии, которая имела место между Ж. Пиаже и Н. Хомским и касалась вопроса о предпосылках развития ин­теллекта, мышления и речи у ребенка.

Основным вопросом, вокруг которого шла дискуссия, был вопрос: присущи ли исходному, начальному состоянию развития ребенка некоторые врожденные знания или же они социогенны? Прежде чем мы перейдем к изложению дискуссии между ними, необходимо указать, что ее центральная проблема — про­блема существования врожденного «фиксированного ядра» (noyau fixe) в таком виде формулируется впервые. Ни в рабо­тах Ж. Пиаже, ни в работах Н. Хомского до этого такой тер­мин не встречался.

Ж. Пиаже (в материалах, открывающих дискуссию) посту­лирует основное положение своей теории: у человека не существует врожденных когнитивных структур, наследственным явля­ется лишь функционирование интеллекта, который и порождает эти структуры через организацию последовательных действий с предметами. Отсюда, по мнению Ж. Пиаже, следует вывод, что эпистемология, которая учитывает данные психогенеза, не может быть ни эмпирической, ни ориентирующейся на идею врожденности, но должна быть конструктивистской. Биологиче­ские корни знания, по его убеждению, лежат в механизме само­регуляции, общем для витальных и ментальных процессов, и именно поэтому биологическое объяснение когнитивных струк­тур необходимо искать не в наследственности. Ж. Пиаже не может согласиться с генеративной гипотезой Н. Хомского о врожденном фиксированном ядре по двум причинам: во-первых, биологически было бы необъяснимо существование такого врожденного фиксированного ядра, свойственного лишь человеку; во-вторых, врожденное фиксированное ядро сохранит все свои объяснительные свойства, если считать его не врожденным, а необходимым результатом деятельности сенсомоторного ин­теллекта, предшествующего языку. Таким образом, с точки зре­ния Ж. Пиаже, гипотеза о врожденном фиксированном ядре не является необходимой даже в рамках самой генеративной кон­цепции Н. Хомского.

Яндекс.Метрика