Яндекс.Метрика

Глава VII (история болезни)

Из приведенных отдельных примеров, число которых может быть значительно увеличено каждым клиницистом и практическим врачом, мы видим, что каждое лабора­торное исследование больного (мочи, кала, крови) мо­жет при определенной ситуации стать источником сомне­ний и переживаний, а временами и непосредственной причиной иатрогении, если оно произвольно истолковы­вается больным или сопровождается неосторожными замечаниями лабораторных работников. За последнее время, в связи с более углубленными биохимическими исследованиями, я видел ряд иатрогенных заболеваний в результате подчеркивания врачом количества, напри­мер, билирубина в крови, остаточного азота, даже содер­жания холестерина в крови и особенно мочевой кислоты, показатели которой так часто упрощенно считаются достаточным основанием для диагноза подагры. Я видел случаи иатрогенного заболевания в результате исследо­вания реакции Людге-Мерца, когда выпадение реакции в ту или иную сторону больной без всякого размышле­ния отождествляет с функцией той или другой эндокрин­ной железы, печени, поджелудочной железы или другого органа. Эти наивно упрощенные, чисто механистические представления об организме, когда из одного факта, оторванного от всей клинической картины болезни, вра­чи, чаще всего молодые терапевты, склонны делать широко обобщающие выводы о диагнозе и состоянии всего организма, — эти упрощенные представления жад­но воспринимаются больными, которые из прессы имеют весьма поверхностные, отрывочные сведения о железах внутренней секреции и о новейших методах активного лечения лизатами, гравиданом и т. д. Не отдавая себе отчета в сложности биологических процессов, больные наслаивают на сензитивную часть своей внутренней кар­тины болезни целый ряд новых идей и представлений, дают врачу артефакты своих ощущений, с одной сторо­ны, и с другой — испытывают ряд новых ощущений и конфликтов психогенного и часто иатрогенного проис­хождения.

Все сказанное должны весьма серьезно учитывать врачи и работники лабораторий, рентгеновских кабине­тов; все это призывает их к величайшей осторожности и сдержанности при сообщении больному результатов ис­следования. Я часто слышал заявления от биохимиков, лаборантов и рентгенологов в ответ на свои указания об иатрогении, что больному решительно ничего не было сказано, кроме двух—трех ничего не значащих успокои­тельных слов. Но изучение этих случаев показывает, что именно эти-то отдельные слова и фразы, оторванные от клинического анализа, и были причиной психической травмы, а подчеркивание патологической, ничего не зна­чащей, по мнению врача, находки и являлось чаще все­го источником крупных наслоений на интеллектуальную часть внутренней картины болезни.

Лаборант, биохимик, рентгенолог ни в коем случае не должны считаться техническим аппаратом клиники. Ре­зультаты их работы — неотъемлемая и иной раз даже наиболее существенная часть построения анализа болез­ненных симптомов, но они не должны воздействовать на больного и его психику, так как клинический диагноз в конечном результате должен быть всегда синтетиче­ским, а не аналитическим. Ни альбуминурия сама по себе, ни гипербилирубиномия, ни даже повыше­ние остаточного азота в крови, ни пища в желудке или двенадцатиперстной кишке, ни долихосигма или дивер­тикул кишечника еще не являются болезнью, и во вся­ком случае ни они сами по себе диктуют поведение вра­ча при диагнозе, прогнозе и терапии.

Все лабораторные факты имеют большое значение только в том случае, если они преломляются в творче­ской работе клинициста, а потому результаты этих исследовании должны быть детально сообщены лечаще­му врачу, но не передаваться ему через больного. Во всяком случае больной должен быть основательно информирован о том, что ни одно исследование само по себе не гарантирует правильного диагноза. Вот почему совершенно правильно поступают в тех поликлиниках, где не передают историю болезни на руки больному, и это происходит совсем не потому, что врачи, как древ­ние авгуры, должны облекать непроницаемой тайной свое искусство лечить больного человека. Больной дол­жен знать и происхождение, и сущность своей болезни, но нельзя заменять глубокую разъяснительную работу травмированием психики больного одним, вырванным из сложной клинической картины болезни, фактом, каким важным он ни казался бы врачу, производящему анализ, но не участвующему в синтетической работе, решающей диагноз. Этот большой вопрос о психогенезе отдельных заболеваний внутренних органов в результате упрощен­ного понимания лабораторных фактов заслуживает большого внимания с точки зрения профилактики иатрогений и должен быть хорошо проработан совместно тера­певтами, рентгенологами, лабораторными работниками и деятелями здравоохранения.

 

исследования и психика больного – предыдущая | следующая – источник иатрогении

оглавление

консультация психолога детям, подросткам, взрослым