Яндекс.Метрика

126. Бессознательное и художественная фантазия. Л. И. Слитинская

Грузинский политехнический институт, кафедра русской литературы, Тбилиси

1. Учение о бессознательном психическом, изложенное в советской психологии установки – учение Д. Н. Узнадзе и его школы [14; 8; 9; 18; 19], в первую очередь – предложенная А. Е. Шерозия общая теория сознания и бессознательного психического как общая (общепсихологическая) теория фундаментальных отношений личности [18; 19], а также концепция Ф. В. Бассина [1; 2; 3] дают возможность совершенно по-новому поставить вопрос об изучении сущности и психологических механизмов художественной фантазии. В настоящей работе именно с этой точки зрения представлена попытка все еще предварительного подхода к этой проблеме.

Вся личность через ее сознание и бессознательное психическое принимает участие в работе художественной фантазии. Художественная фантазия возникает обычно при переживании личностью конфликта, обусловленного неудовлетворением потребности. За потребностями личности стоит весь ее прошлый опыт, находящиеся в вытеснении подавленные переживания и неразрешенные противоречия, нереализованные стремления, неприемлемые для “Я” влечения. Они обладают большим запасом “психической энергии”, а в условиях конфликта еще более активизируются и стремятся к своему выражению в сознании и поведении. При наличии определенных условий эти тенденции реализуются в художественной фантазии, что и отличает акт художественного творчества от акта теоретического познания и любого иного интеллектуального процесса. Художественная фантазия осуществляется, таким образом, в процессе опосредования бессознательного благодаря его стремлению к выражению в сознании – с одной стороны, и стремлению сознания к раскрытию “своего” бессознательного – с другой [15; 16; 18; 19].

В опосредовании бессознательного сознанием проявляет себя тенденция личности к освобождению от создаваемой бессознательным подчас высокой аффективной напряженности. Если в условиях конфликта личности со средой бессознательное не находит выхода ни в поведение, ни в сознание, ни в творческий процесс, происходит нервный срыв, завязываются патологические нервные связи [15]. Психоанализ ставит целью терапевтическое выведение бессознательного в сознание, в художественной же фантазии этот процесс совершается в какой-то мере спонтанно, поэтому художественное творчество можно было бы назвать своеобразным “самопроизвольным психоанализом”. Если бы бессознательное писателя не находило своей реализации в художественной фантазии, то энергия бессознательного тратилась бы на создание невроза. Отсюда столь частое обращение к проблеме сложных отношений, существующих между творчеством и неврозом.

Осмысление и переживание личностью “вытесненного” ею сопровождается познанием объективного мира и самопознанием, поэтому в процессе художественного творчества происходит нередко изменение отношений личности к самой себе, к другим, к “суперличности” [19]. Это сказывается прежде всего на создаваемых в процессе творчества художественных образах и на отношении к ним их автора. В этом смысле каждый значительный художественный образ отражает определенные потребности, конфликты, влечения создавшего его писателя, их преобразования и борьбу. Процесс этот имеет очень сложный, но в общих чертах нам теперь уже достаточно понятный характер.

Структура художественного образа складывается на основе феноменов идентификации и перенесения. Идентификация – это отождествление автора с тем лицом, на месте которого он хотел бы быть или которому он хотел бы уподобиться в своих качествах [17; 15; 16]. Поэтому художественный образ – это созданный фантазией писателя объект, на который писатель благодаря процессу идентификации переносит свои собственные чувства, эмоции, аффективные, интеллектуальные переживания, т. е. проецирует свой собственный внутренний мир. Идентификация и перенесение могут осуществляться как осознанно, так и бессознательно; в последнем случае создается возможность проявления влечений, несовместимых с мироощущением автора, с требованиями его этики и эстетики – в акте творчества бессознательные влечения автора переживаются им как присущие лишь литературному персонажу и потому не наталкиваются на сопротивление его сознания. Так же создается и женский образ, в котором писатель также реализует свои собственные потребности и влечения. Объект идентификации может находиться в поле сознания писателя, а может быть и вытеснен. Если объект идентификации осознается писателем, он становится прототипом художественного образа, если же он вытеснен, то персонаж воспринимается его автором как произвольная игра фантазии – в таком случае только специальный анализ бессознательного может раскрыть факт и объект идентификации.

В художественном образе писатель может идентифицировать себя не с одним, а с несколькими объектами. В подобном случае эти объекты идентифицированы между собой, т. е. обобщены на основе потребности писателя. Слияние объектов идентификации происходит благодаря феномену перенесения. Чувства могут переноситься с одного объекта на другой, одновременно переносятся и связанные с ними представления, они обобщаются и обусловливают агглютинацию образа. Чем больше объектов охватывает идентификация, тем сложнее агглютинация.

 

 

“Кружевница” – предыдущая | следующая – личность писателя

Бессознательное. Природа. Функции. Методы исследования. Том II

консультация психолога детям, подросткам, взрослым