Яндекс.Метрика

Познавательное развитие (движения рук)

Многие авторы высказывали мнение, что понятие de­calage бессодержательно и скорее является словесным при­крытием пробелов в нашем знании о причинах тех или иных наблюдаемых явлений. В частности, Брунер (1966) подчеркивал, что независимо от формального сходства поведения в разном возрасте отличающиеся друг от друга виды поведения следует трактовать как разные формы по­ведения, имеющие свои независимые истории развития. С этой точки зрения не имеет смысла пытаться связать движения глаз и рук на основании знаний, требуемых для их контроля. Виды поведения различны и должны трак­товаться по-разному. Это действительно обоснованное мнение, которое совпадает с приводившимися в предыду­щих главах данной книги аргументами. Как мы знаем, существуют способы проверки присутствия или отсутствия преемственности между разными видами поведения. Но прежде всего давайте более детально рассмотрим те формы поведения, о которых идет речь.

Есть явное противоречие между умениями, которыми обладает младенец для контроля за движениями глаз и движениями рук. Представленные выше доказательства свидетельствуют, что в тех случаях, когда речь идет о движениях глаз и ориентировочных реакциях, «с глаз долой» не означает «из сердца вон» [25]. Напротив, поведение в типичной ситуации доставания предмета указывает, что «с глаз долой — из сердца вон» — к отношении той части психики, которая контролирует движения рук. Однако острота указанного противоречия, возможно, уменьшится, если вглядеться в детали этих двух ситуаций. В экспериментах с движениями глаз си­туация «с глаз долой» означает исчезновение предмета позади экрана. При исследовании движений рук «с глаз долой» предполагает исчезновение предмета под платком или чашкой.

Противопоставление отношений «позади» и «под» может показаться слишком бессодержательным. Однако мы долж­ны вспомнить об одном из правил, которым, по нашему заключению, владеет пятимесячный младенец — а именно о правиле, согласно которому два предмета не могут од­новременно находиться в одном и том же месте. Как было показано в предыдущей главе, предмет представляет собой ограниченный объем пространства, расположенный в ко­ординатах «верх — низ», «близко — далеко», «справа — слева». Когда поверх предмета помещается чашка, она заполняет все пространство, которое было занято находя­щимся теперь под чашкой предметом. Таким образом, младенцу предъявляется новый предмет, расположенный на том же самом месте, что и предыдущий. Он знает, что два предмета одновременно не могут находиться в одном и том же месте: где же тогда находится первоначально предъявленный предмет? На основании имеющихся у мла­денца на данном этапе развития знаний ответ невозможен. Старый предмет исчез и был на том же самом место заменен новым предметом. Аналогичное рассуждение можно при­менить и в случае закрывания предмета платком. До тех пор пока младенец уверен, что два предмета не могут од­новременно находиться в одном месте, не понимая, что одни из них может быть расположен внутри другого, ти­пичный тест на постоянство предмета всегда восприни­мается им как замена, а не как закрывание.

Если проведенный анализ правомерен, то проблема decalage или изолированных форм поведения остается в стороне. Ошибка в стандартной тестовой ситуации на постоянство предмета является следствием тех же самых знаний и умений младенца, которые обусловливают успеш­ность выполнения задач с движениями глаз. Если эти рас­суждения правильны, то они подтверждают предположе­ние, что пятимесячные младенцы могут доставать находя­щиеся вне поля зрения предметы при условии, что послед­ние не были спрятаны под другими предметами. Бауэр и Вишарт (1972) изучали поведение младенцев, ошибав­шихся при выполнении стандартного теста на постоянство предмета, в несколько измененной ситуации исчезновения. Младенцам показывали предмет, но, прежде чем они успе­вали достать его, комнатное освещение гасло, в результате чего и сам предмет, и все окружающее его зрительно ис­чезало. Поведение младенца регистрировалось с помощью чувствительной к инфракрасному излучению телевизион­ной камеры. Все младенцы оказались способны достать и схватить предъявленный им предмет, хотя они и не имели возможности его видеть (см. рис. 7.14). Другими словами, в тех случаях, когда исчезновение предмета из поля зре­ния сопровождалось погружением в темноту всей комнаты, «с глаз долой» не означало «из сердца вон». Затем все дети были снова протестированы в стандартной ситуации на постоянство предмета, в которой исчезновение предмета происходит в результате его накрывания другим предме­том. И снова все дети испытывали неудачу при попытке овладеть предметом. Очевидно, что характер перехода предмета из состояния «находящегося в поле зрения» в состояние «исчезнувшего из поля зрения» является тем фактором, который способствует или препятствует успеш­ности поиска с помощью движений рук.

 

 

 

 

 

Рис. 7.14. Младенец, дотягивающийся до предмета в темноте. Этот ребенок не смог справиться со стандартным тестом на сохранение постоянства предмета, однако он оказался способным дотянуться и схватить предмет, который он видел до этого лишь в течение корот­кого времени, предшествовавшего выключению света. Очевидно, именно характер перехода к «с глаз долой» определяет успехи и не­удачи младенца.

представления о по­стоянстве предмета – предыдущая | следующая – смысл отношения «внутри»